НОВЫЙ КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ РЕЛИГИЙ
Модуль 3. ХАНААН (Древняя Сирия)
лекция 62
Религия Ханаана. Виденье Бога


аудиозапись лекции


видеозапись лекции
содержание
  1. Эль – Бог-Творец в религии ХанаанаЭль-Сапан
  2. Эль-Сапан
  3. Эль-Отец
  4. Эль, Баал и их «супруги»
  5. Священный брак Баала и Анат и смерть Баала
  6. Месть Анат Элю
  7. Баал и Анат – владыки мира. Имена Баала
  8. Мотив отстранения Творца от власти в религии Ханаан

    список рекомендованной литературы
    1. Н. Я. Мерперт. Очерки археологии библейских стран. М.: ББИ, 2000.

    2. И.Ш. Шифман. Культура Древнего Угарита (XIV-XIII вв. до н.э.). М.: Наука, 1987.

    3. И.Ш. Шифман. Угаритский эпос. – М.: Восточная литература, 1993.

    4. И.Ш. Шифман. О Ба'лу. Угаритские поэтические повествования. М.: Восточная литература, 1999.

    5. T. Binger. Asherah: Goddesses in Ugarit, Israel & the Old Testament. Sheffield Academic Press, 1997 (JSOT Suppl. Series 232).

    6. T. Binger. 'Who killed the Dragon?' // Scandinavian Journal of the Old Testament, 1 (1992), pp. 139-49.

    7. U. Cassuto. Baal and Mot in the Ugaritic Texts. Israel Exploration Journal, vol. 12. Jerusalem, 1962.

    8. A.M. Cooper. Phoenician Religion // Encyclopedia of Religion. Vol. X. Editor in chief L. Jones. Detroit: Macmillan Reference USA, 2005. P. 7128-7133.

    9. F. M. Cross. Canaanite Myth and Hebrew Epic. Cambridge: Harvard University Press, 1973.

    10. F. M. Cross. 'Newly Found Inscriptions in Old Canaanite and Early Phoenician Scripts' // Bulletin of the American Schools of Oriental Research, 238 (1981), pp. 1-20.

    11. J. Day. Asherah in the Hebrew Bible and Northwest Semitic Literature // Journal of Biblical Literature, 105 (1986), pp. 385-408.

    12. P. L. Day. Anat: Ugarit's "Mistress of Animals" // Journal of Near Eastern Studies, Vol. 51, No. 3 (Jul., 1992), pp. 181-190.

    13. M. Dijkstra. Contributions to the Reconstruction of the Myth of Ba'al. Ugarit-Forschungen, Bd. 15 (1983).

    14. R.R. Doyle. Faces of the Gods: Baal, Asherah and Molek and the Studies of the Hebrew Scriptures. University of Sheffield, 1996.

    15. O. Eissfeldt. Baal Zaphon, Zeus Kasios und der Durchzug der Israeliten durch Meer. Lpz., 1932.

    16. O. Eissfeldt. El im ugaritischen Pantheon. В., 1951.

    17. L.R. Fisher (ed.). Ras Shamra Parallels. The Texts from Ugarit and the Hebrew Bible. Analecta Orientalia, 49-50; Rome: Pontifical Biblical Institute, 1972-1975.

    18. T. H. Gaster. 'Ba'al Is Risen...': An Ancient Hebrew Passion-Play from Ras Shamra-Ugarit // Iraq, Vol. 6, No. 2 (Autumn, 1939), pp. 109-143.

    19. J.C.L. Gibson. Canaanite Myths and Legends. Edinburgh: T. & T. Clark, 1978.

    20. H.L. Ginsberg. Ba'al and 'Anat // Orientalia. Roma, 1938, vol. 7, pp. 1-11.

    21. C.H. Gordon. Poetic Legends and Myths from Ugarit. Beirut, 1977, vol. 25.

    22. J. Gray. The Hunting of Ba'al. Fratricide and Atonement in the Mythology of Ras Shamra // Journal of Near Eastern Studies, vol. 10 (1951), pp. 146-155.

    23. J. Gray. Baal's Atonement. Ugarit-Forschungen, Bd. 3 (1971).

    24. E.L. Greenstein. The Snaring of Sea in the Baal Epic. Maarav. Santa Monica, 1982, vol. 3, № 2.

    25. R. V. and I. Jacobs. The Myth of Mot and 'Al'eyan Ba'al. Harvard Theological Review. N.Y., 1945, vol. 38, № 2.

    26. A.S. Kapelrud. Baal in the Ras Shamra Texts. Copenhagen: G.E.C. Gad, 1952.

    27. A.S. Kapelrud. The Violent Goddess Anat in the Ras Shamra Texts. Oslo, 1969.

    28. O. Keel. Die Welt der altorientalische Bildsymbolik und das Alte Testament: Am Beispiel der Psalmen. Einsiedeln: Bensiger Verlag, 1972.

    29. T.J. Lewis. The Identity and Function of El/Baal Berith // Journal of Biblical Literature Fall 115/3 (1996), pp. 401-423.

    30. E. Lipinski. El's Abode: Mythological Traditions Relating to Mount Hermon and to the Mountains of Armenia. Orientalia Lovaniensia Periodica. 1971, vol. 2.

    31. E. Lipinski. The Goddess Atirat in Ancient Arabia, in Babylon, and in Ugarit: Her Relation to the Moon-god and the Sun-goddess // Folia Orienta, 21 (1980), pp. 163-174.

    32. S.E. Loewenstamm. The Making and Destruction of the Golden Calf. Biblica. Roma, 1967, vol. 48, fasc. 4.

    33. S.E. Loewenstamm. The Killing of Mot in Ugaritic Myth // Orientalia. Roma, 1972, vol. 41, pp. 378-382.

    34. F. Lokkegaard. The House of Ba'al. Acta orientalia. Haunial, 1955, vol. 22.

    35. B. Margalit. Death and Dying in the Ugaritic Epics // Death in Mesopotamia. Copenhagen Studies for Assyriology. Vol. 8. Copenhagen, 1980. Pp. 243-254.

    36. B. Margalit. A Matter of Life and Death: A Study of the Baal-Mot Epic. Kevelaer: Verlag Butzon & Bercker; Neukirchen-Vluyn: Neukirchener Verlag, 1980

    37. B. Margalit. The Meaning and Significance of Asherah // Vetus Testamentum 40 (1990). Pp. 264-297.

    38. A. Mazar. Archaeology of the Land of the Bible. N.Y.: Doubleday, 1990.

    39. U. Oldenburg. The Conflict between El and Ba'al in Canaanite Religion. Supplementa ad Numen, altera series. Dissertationes ad historiam religionum pertinentes. Vol. 3. Leiden, 1969.

    40. M.H. Pope. Baal-Haddad. Gotter und Mythen im Vorderen Orient. Stuttgart, 1965.

    41. M.H. Pope. El in the Ugaritic Texts. Leiden, 1955.

    42. D. Tsumura. "Canaan, Canaanites," in Dictionary of the Old Testament: Historical Books, eds. by B. T. Arnold & H. G. M. Williamson. Downers Grove: InterVarsity Press, 2005, pp. 122-132.

    43. D. Tsumura. The Ugaritic Drama of the Good Gods: A Philological Study [of UT 52 / KTU 1.23]. Ann Arbor: University Microfilms, 1973. [Ph.D. dissertation, Brandeis University].

    44. N.H. Walls. The Goddess Anat in Ugaritic Myth. SBL Dissertation Series 135. Atlanta, GA: Scholars Press, 1992.

    45. P. L. Watson. The Death of 'Death' in the Ugaritic Texts // Journal of the American Oriental Society, Vol. 92, No. 1 (Jan. - Mar., 1972), pp. 60-64.

    46. N. Wyatt. The Stela of the Seated God from Ugarit // Ugarit-Forschungen, Bd. 15 (1983), S. 271-277.

    47. P. Van Zijl. Baal. A Study of Texts in Connection with Baal in the Ugaritic Epics. Kevelaer, Neukirchen-Vluyn, 1972.

    стенограмма лекции
    1. Эль – Бог-Творец в религии Ханаана

    Итак, дорогие друзья, теперь мы поговорим непосредственно о религиозных представлениях западных семитов – обитателей Древней Сирии - Ханаана. И мы сразу же видим особое, совершенно исключительное место, которое в этих религиозных представлениях занимает верховный Бог, Бог-творец. Его именуют Эль. Так же, собственно говоря, как именуют Его евреи - отсюда Элогим, Гавриил и так далее. Это слово, которое соответствует арабскому «авваль» — «первый», первый как Тот, до Которого никого не было и Который был всегда. Все же остальные божественные силы, так или иначе, подчинены Ему. От слова «авваль» происходит и имя Бога в арабском языке - Аллах.
    Бык из пещеры Фон-де-Гом (15 000 — 11 000 лет до Р.Х.)
    Мы видим, что это не похоже на Месопотамию или на Египет, где было много божественных имен. Здесь имя Эль - доминирующее. И символом Бога является бык – древний, еще палеолитический, образ Бога. В Угарите, а мы будем пользоваться, в основном, угаритскими сказаниями, (это уникальный и единственный внебиблейский комплекс мифологических текстов западных семитов, которым мы пока что располагаем), символом Бога является бык (tr). Это мощь и сексуальная сила - в том смысле, что это сила творения, сила семени, которое создает мир. Не забудем, что мир создан семенем. Это и христиане признают — Логос сперматикос, семенное Слово в христианском богословии.
    Угарит на карте Восточного Средиземноморья
    Эля изображают или непосредственно быком (можно привести в пример бронзовую фигурку быка из Угарита или статуэтку быка из Северной Палестины, из Хацора, с признаками деревянного пьедестала под этой статуэткой, или в виде человека, мужа средних лет, с бородой, в головном уборе, с рогами, в величественных длинных одеждах. На головном уборе, тиаре, изображаются рога – такая иконография соединяет образы быка и человека.
    Эль в образе быка из храма в Хацоре.
    (Y. Yadin. Hazor. The Rediscovery of Greatcitadel of the Bible. N.Y., 1975. P. 84)

    Эля именуют Адон (Господь, Господин), Баал (Господин, Хозяин), Мелек (Царь). Все эти прозвища подчеркивают Его властную природу. Мы потом увидим, что каждый из этих эпитетов будет связываться с каким-то своим аспектом божественной сущности.
    Фигурка Бога Эля из Рас-Шамра (Угарит). XIII в. до Р.Х. Национальный музей Латакии
    Фигурка Бога Эля из Мегиддо.
    1400-1200 до Р.Х. Музей Института Востока чикагского университета

    Также есть понятие собрания богов (пехер-илем), совета богов (мепехерет-бен-иль), совета детей Божьих (дер-иль). «Детьми Божьими» именуются практически все люди. Это очень древняя традиция – что люди и Бог не чужды друг другу, что между ними есть некая родственная связь.
    Эль — Отец сынов Божьих, и также Его именуют Отцом людей (Аб-адам), Отцом времен (Аб-шенем). Ученый Марвин Поуп написал специальную работу, изданную в Лейдене в 1955 году: «Эль в угаритских текстах» (M.H. Pope. El in the Ugaritic Texts. Leiden, 1955), где подробно описывает функции этого интересного, очень важного божественного существа. Эля именуют Летепен-иль-депид – милостивый и добрый Бог. И Он – Творец неба и земли.
    Этот образ дошел до нас и из книги Бытия. Как вы помните, Аврам (когда еще его имя писалось с одним «а») обращается к Мелхиседеку, священнику Бога Небесного, и Мелхиседек ему говорит: «благословен Аврам от Бога Всевышнего (Эльон), Владыки неба и земли» (Быт 14:19-22). «Бог Всевышний» - это как раз Эль Эльон.
    Встреча Авраама с Мелхиседеком. Мозаика из собора св. Марка в Венеции
    Есть западно-семитская надпись, в которой Эль именуется Творцом Мира. В надписи-билингве из Каратепе (южная Анатолия) он именуется Богом Всевышним (Эль Эльон), Творцом Земли (Иль-кен-арец). То есть, безусловно, мы имеем дело с Богом-Творцом. И это тот самый Бог, который известен нам и из Библии, но на этом сходство заканчивается.
    Может быть, это поэтический образ, но иногда кажется, что Эль и Эльон двоятся. Известна западносемитская клятва: «Пред Элем и Эльоном, пред днём и ночью, пред небом и землей». Конечно, может быть, это удвоение, которое принято в передневосточной поэтике, где, скажем, «человек» и «сын человеческий» - это одно и то же. Но все же мы настраиваемся на тот лад, что если Эль и был известен как великий Бог-Творец, Создатель неба и земли, то эта известность постепенно уходит в прошлое и затемняется чем-то другим.
    Однако есть еще одно важное слово, еще одно важное обращение, тоже роднящее угаритского Эля с еврейской традицией – это то, что Бога в Угарите, в Финикии именуют кадош — «святой, превознесенный». То есть никто не свят, как наш Бог – этот известный нам из ветхозаветных псалмов образ тоже здесь присутствует.
    В угаритских текстах говорится, что Эль восседает у истоков рек, там, откуда вытекают четыре реки, дающие жизнь миру. Вы помните, что, согласно библейскому повествованию, четыре реки вытекают из Рая, из Эдема (Быт. 2:10).
    Сохранилось два списка богов и список полагающихся им жертв. В начале этого списка мы видим двух-трех Элей, что, казалось бы, странно. Но на самом деле это, конечно, не два-три Бога-Творца, а это два-три места Его почитания, места особого религиозного культа Бога. Или же это особые функции Бога. У нас ведь тоже есть целый список икон Божией Матери – это и Владимирская, и Казанская, и Иверская, и Почаевская – но это все одна и та же Дева Мария, а все эти названия икон даны по местам явления Божией Матери. А в античности было принято именовать все по местам почитания.
    2. Эль-Сапан

    Главным местом почитания Эля на всем Переднем Востоке, упоминаемым много раз и в Библии, является гора Сапан (Сафон) (совр. Джебель аль-Акра). «Сапан» - это «север», по-еврейски. Поэтому, когда вы читаете в псалмах про «гору севера» (Пс. 47:3), то это не просто поэтическая фраза, а гора Сапан, которая действительно расположена к северу от Израиля, то есть это вполне конкретное географическое понятие. Это, своего рода, Олимп Переднего Востока. И эта священная гора, место пребывания Эля, находится в устье реки Оронт, в 30 километрах к северу от Угарита. Сейчас южные склоны этой горы принадлежат Сирии, а северные – Турции.
    Вершина горы Цафон (Джебели-Акра), где стоял храм Баала
    В списках богов сама эта гора присутствует как некое божество. Высота горы - 1709-1736 метров над уровнем моря. Она буквально стоит над морем, видна с моря. На склоне горы с сирийской стороны сейчас находится город Кассаб преимущественно с армянским населением. И в 33 километрах от нее расположен город Антакья (древняя Антиохия).
    На вершине горы есть археологический памятник, представленный огромным курганом и развалинами — около 55 метров шириной и 8 метров глубиной, из которых только первые 2 метра были исследованы, причём раскопки дошли до слоя эпохи эллинизма, а дальше, безусловно, есть железный век, бронзовый век а, возможно, даже святилище эпохи неолита. Это был издревле населенный район, и гора была, по-видимому, его величайшей святыней. Древний храм горы Сапан многократно возобновлялся.
    Гора Сапан вошла и в нашу культуру, хотя мы этого не знаем. Вошла, конечно, через Грецию. Эта гора известна в греческой традиции как Касион орос — гора Кассий (или Касий). В эллинистическом мире она почиталась как гора Зевса Кассийского, где он сражался с Тифоном - обратите на это внимание! С Тифоном – то есть с духом зла, со змеем. Не забудем, что Плутарх Тифоном именовал египетского бога Сета – запомним это, нам это еще понадобится. Вы, конечно, прекрасно помните, кто такой Сет. Это божественное лицо, которое убило Осириса, ввело в мир смерть и разрушило жизнь.
    Бог Сет на стеле Аапехти из Дейр эль-Медины. XIX династия.
    Британский музей, EA35630

    Греческое имя Кассиодор или, в женской форме, Кассиодора, которое особенно любят монашествующие, прямо связано с горой Сапан. Кассиодор – это буквально: «подарок Зевса-Кассия». Зевсу-Кассию молились в основном о даровании детей. Была традиция ходить на эту гору парам, у которых не было детей. И те, кто после этого зачинали и рожали детей, очень часто именовали своих деток Кассиодорами – то есть это те, кто подарены Кассием. Так древнее наименование священной горы Сапан дошло и до нас.
    Характерно, что Эль именуется Эль-Сапан потому же, почему Зевс именуется Кассием – потому что это его священное место, священный топос, место соединения неба и земли, божественного и земного на Переднем Востоке. Сейчас, когда на вершине этой горы находится американская радиолокационная база, которая следит за всем Передним Востоком, это тем более примечательно - великая святыня древности превратилась просто в военно-стратегический объект. Вот такая эволюция.
    3. Эль-Отец

    Второе имя, очень важное и очень для нас значимое и понятное - это Иль-Иб (или Иль-Аб) - Бог-Отец. Это имя имеет, опять же, очень глубокие коннотации. Любой умерший, который находится в Боге, который благочестив, который после смерти не попал в места страданий, именуется отцом. А Бог-Творец является Отцом отцов, то есть все умершие отцы – в Нём.
    В угаритском эпосе есть «Сказание об Акхите, сыне Даниила», оно переведено на русский язык И.Ш. Шифманом (И.Ш. Шифман. Угаритский эпос. М.: Восточная литература, 1993. C. 174-288). И вот этот Акхит или Акхат (там же нет гласных) ищет того, кто поставил бы стелу для его Илиб, то есть для его умершего отца Даниила. Это тоже очень важный образ, говорящий о том, что и каждый умерший отец земных людей, и тот Бог, который принимает этих умерших к себе — это Илиб, один из аспектов Эля.
    На Переднем Востоке в те далекие времена, в эпоху Угарита и, наверное, даже намного раньше, была традиция пить много вина на поминальной трапезе. Вы знаете, что греческое фиастос — поминальная трапеза, тоже предполагала такие неумеренные возлияния, и эта традиция поминок дошла и до нас. В ней есть своя, если угодно, религиозная составляющая, потому что этот алкоголь как бы снимает противополагание между миром живых и миром умерших и открывает живым тот мир, а умершим, соответственно, этот. С этой трапезы стариков-отцов уносили их дети, и как раз Акхат вспоминает, что он своего старого отца уносил с этих трапез пьяным и укладывал его в палатке. Вы помните примерно тот же образ, только наоборот, когда Хам в палатке насмехался над пьяным отцом (Быт. 9:21-25). А по традиции Переднего Востока полагается проявлять внимание и уважение к пьяному отцу, потому что отец в этот момент уже душой как бы находится в небесных обителях. Для древнего читателя Библии поступок Хама вдвойне возмутителен.
    Теперь мы можем назвать три аспекта Эля: это мудрый Вседержитель, создавший богов и людей; это Бог, присутствующий на всяком месте — Он присутствует везде, не только на горе Сапан; и Он един с душами умерших, или, вернее, души умерших едины с Ним.
    4. Эль, Баал и их «супруги»

    Но здесь начинается один из важнейших, как я думаю, моментов западносемитской религиозности. Как пишет Мирча Элиаде в «Истории религиозных идей»: «Несмотря на эпитеты, представляющие его могущественным Богом, истинным «Повелителем Земли», несмотря на то, что в списках объектов жертвоприношений его имя всегда стоит первым, Эль описывается в преданиях (Угарита – А.З.) как физически слабый, нерешительный, старчески слабоумный, отрекшийся от власти. В конце концов двух его жен – Ашерах и Анат – забирает себе Баал. Мы должны признать, что громкие эпитеты отражают более раннюю ситуацию, когда Эль действительно был во главе богов» (M. Eliade. A History of Religious Ideas. Vol. 1. Chicago, 1978. P. 151). Мирча Элиаде говорит, что Эль стал как бы богом отдыхающим — деус отиозус, то есть Тем, Кто когда-то действительно был во главе, но теперь отошел на второй план. Это интересный религиозный факт. Но посмотрим, кому Он отдал Свое первенство. Хотя заметим, что Он продолжает присутствовать в договорах, в том числе, в международных договорах и ритуалах.
    Кому же отдал Эль свое первенство? Эля замещает Баал. Баал — это, как я уже сказал, Господь, Господин. Это эпитет, это не личное имя. Но носитель этого эпитета не Эль – это некое другое существо. Мы сразу вспоминаем два образа гностицизма: образ высшего благого Бога и образ злого демиурга. И, видимо, что-то подобное присутствует и здесь. Между Элем и Баалом вырастает некое промежуточное звено — это Даган. Баала иногда именуют иногда сыном Эля, а иногда - сыном Дагана. Но Даган по смыслу слова — это семя, зерно. То есть вполне возможно, что мы просто неправильно читаем: Баал — это семя (даган) Эля, то есть Его дитя. Мы помним слова Бога к Аврааму – «в Исааке наречется тебе семя» [Быт.21:12]. Таким образом, очень может быть, что Даган – это семя Эля, то есть Баал.
    Фигурка Баала из Мегиддо. 1550-1200 до Р.Х. Музей Института Востока чикагского университета. Примечательно, что на этой статуэтке Баал увенчан египетской так называемой Белой короной – венцом владычества над Небесным миром
    Вообще, должен сразу сказать, что когда мы будем говорить о религиозных представлениях Угарита и, вообще, Ханаана II тысячелетия, то мы должны помнить об очень плохой сохранности текстов. Это совсем не тексты Египта и даже не тексты Месопотамии. Ученые всё это раскопали, но все таблички фрагментированы, потери очень велики. И нам часто очень тяжело понять смыслы текста, поэтому между учеными есть большие расхождения в интерпретации самых ключевых моментов. Я попытаюсь хотя бы кое-где об этом говорить и на это указывать. Так что не думайте, что перед нами цельные тексты. И когда мы берем, например, какие-нибудь переводы текстов Угарита, вы видите сплошные скобки, то есть часть таблички присутствует – скажем, левая, а правая часть отколота. Где-то текст целиком, а где-то текст только краем, и это довольно распространенная вещь.
    Бог Даган (Бог-Зерно) известен в Месопотамии, на Верхнем Евфрате, в III тысячелетии. Но мы помним, что зерном именуется и Осирис. Так что о том, что такое Даган в Месопотамии, много сказать нельзя.
    Баал - это эпитет к имени Бога, известного под личным именем Хадад, Хадду. Он восседает на облаках, он могущественен и самодержавен. Он отнимает власть у Эля. И отнимает власть у другого творения Эля, у другого сына Эля – у Ямму, князя моря, правителя рек. Это что-то типа месопотамского Энки. И он же побеждает смерть. Смерть - это Мот, и в западно-семитской традиции это мужской род, то есть смерть – это не она, а он.
    Бронзовая фигурка Баала-Адада из Мегиддо. XIII в. до Р.Х. Музей Израиля, Иерусалим
    Кстати, угаритские таблички сохранили даже имя того, кто записал этот эпос по повелению царя — это писец Или Мильку Балу, он оставил свое имя. У него изящный почерк, и мы всегда отличаем его почерк от других почерков, и ему принадлежат фрагменты многих табличек из архива верховного жреца.
    Итак, восполняя утраты, часто пишут, что Баал напал на Эля, когда тот был на горе Сапан, оскопил его и прогнал на край Земли к источникам рек, к вратам смерти. Российский ученый И.Ш. Шифман возражает против такого мнения, высказанного Ольденбургом. Он пишет, что нет прямых доказательств оскопления Эля. Действительно, в тех текстах, которые до нас дошли, прямо этого не сказано. Более того, Эль продолжает именоваться быком, а бык - это большая креативная сила. Но, с другой стороны, возможно, Он был быком, когда творил мир и когда творил Баала. А после того, как Баал завладел миром, Эль уже перестал быть быком, Его сила творческая угасла.
    Есть еще несколько аргументов, но аргументы Шифмана не абсолютно убедительны, как и аргументы Ольденбурга. В любом случае ясно, что Баал и его супруга Анат, которая когда-то вроде бы была супругой Эля, прогоняют Эля и всячески Его бесчестят. Интересно, что Анат постоянно называют Девственницей Анат, хотя в текстах довольно ясно и подробно описываются действия полового характера между Баалом и Анат. То есть категория девственности имеет какой-то другой смысл, она не означает, что именуемое так существо никогда не имело половых отношений. Вы помните, что категория девственницы и одновременно блудницы очень характерна для Астарты и греческой Афродиты, так что это довольно распространенный образ.
    Голова богини из цитадели Аммана. VIII в. до Р.Х.
    Музей Иордании в Аммане

    Золотая подвеска с изображением Астарты, на которой особо подчеркнуты признаки её пола. Тель эль-Аджуль. 1650-1500 до Р.Х. Британский музей, 130761
    Когда Баал и Анат свергают Эля, они говорят Ему, что Он уже не может управлять страной, так как Он стар. Этому, кстати говоря, корреспондирует один эпический сюжет, тоже присутствующий в Угарите и вроде бы говорящий о земных царях. И тогда Эль вручает семиголовому Ямму, князю морей, власть над миром. Но девственница Анат побеждает Ямму, расчленяет его и разбрасывает по земле. Возможно, что Ямм - но, опять же, мы можем это сказать только предположительно, - это аккадская Тиамат, еврейское техом, стихия вод, бездна вод. Это то самое, с чего начинается Книга Бытия: «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною (техом), и Дух Божий носился над водою» (Быт. 1:1,2). Водная Бездна – это, возможно, и есть Ямм. И Баал одерживает над Ним победу.
    Другим женским образом угаритских мифов является Ашерах. В тексте номер 51 (по изданию Шеффера) рассказывается, как Эль создает Ашерах и сочетается с ней браком, и она рождает семьдесят божественных сыновей. То есть один Творец создает женское начало, и от этого женского начала происходит творение. Не изначальное существование женского и мужского, а создание женского мужским. То есть то, что есть в Библии как создание Евы, и то, чего нет в греческих мифах, это присутствует в угаритской традиции.
    Голова богини с рогами из Хурват Китмит, Палестина. VII-VI вв. до Р.Х.
    (A. Mazar. Archaeology of the Land of the Bible. N.Y.: Doubleday, 1990. P. 499, fig. 11.23)

    Фигурка богини из Тель-Атчана (древний Алалах).
    1550-1400 до Р.Х. Британский музей, 130076

    Текст номер 52 говорит о том, что у Эля две жены: Ашерах и Анат, но подчеркивается, что Ашерах-Илат – мать богов, идущая по морю, и, соответственно, Ямм – это её первенец. Она - дева, сестра и жена Баала. Ее часто изображают на спине льва, в короне, подобной короне египетской Хатхор. Хатхор - это «дом Гора», то есть Исида.
    Ханаанская богиня Кудшу («Священная»), стоящая на льве, почитавшаяся в Египте Нового царства. Стела из Дейр эль-Медины. XIX династия. Британский музей, EA191
    5. Священный брак Баала и Анат и смерть Баала

    В угаритских повестях о Баале есть рассказ, в котором присутствует один важный момент. Каждому из своих основных сыновей, Ямму и Баалу, Эль должен построить дом. Дом – это некий мир. Интересно, что в этом доме огромное значение имеет некое окно, которое Баал боится прорубать. То есть мир должен быть замкнут. Что это такое? Нам трудно сказать. Есть масса спекуляций об этом, вплоть до библейских текстов. Мы видим, что западно-семитского сознания это важный момент: есть в доме-мире окно или его нет, замкнут дом-мир или незамкнут. Но тексты слишком фрагментированы, чтобы нам ясно понять этот интересный и, думаю, очень важный образ.
    Изображение богини из некрополя на равнине Шарон. XI в. до Р.Х.
    (A. Mazar. Archaeology of the Land of the Bible. N.Y.: Doubleday, 1990. P. 357, fig. 8.30)

    Клинописные таблички из Угарита с эпической поэмой о борьбе Баала и Мот. XIV в. до Р.Х. Лувр, AO16641, 16642
    С большим трудом и даже насилием Баал добивается разрешения Эля и Анат построить себе дворец. После этого, судя по текстам, Мот (то есть Смерть) приглашает к себе Баала. Баал отказывается, а другие боги приходят на пир к Моту. Баал же в это время на неком поле совершает священный брак с Анат. И именно во время этого священного брака происходит убийство Мотом Баала. Сейчас я попробую прочесть этот более или менее сохранившийся цельным фрагмент.
    «День, два дня прошли,
    и Дева Анату приблизилась к нему (к Баалу).
    Как сердце коровы к теленку ее,
    как сердце овцы к ягненку ее, —
    так сердце Анату к Ба'лу.
    Она схватила Муту за подол одежды,
    дернула его за край плаща,
    возвысила голос свой и воскликнула:
    «Ты, Муту, отдай брата моего!»
    И отвечал сын Илу, Муту (Смерть):
    «Что ты хочешь, о девственница Анату?
    Я обошел и обшарил
    все горы до глубин земли,
    все холмы до глубин полей!
    Душа моя жаждет сынов человеческих,
    душа моя — людей земных!
    (то есть смерть жаждет овладеть людьми)
    Я пришел в приятную страну,
    на пастбище,
    на прекрасное поле льва Мамету,
    приблизился я к Силачу Ба'лу,
    положил его я, как ягненка, в пасть мою,
    как козленка, в глотку мою!
    Погиб он!
    Светоч Илу, Шапашу (Шапашу — это Шамаш, Солнце, но здесь она женского рода),
    озаряющая блеском небеса,
    в руке сына Илу, Муту».
    День, два дня прошли, —
    да! — дни, — да! — месяцы.
    Дева Анату приблизилась к нему.
    Как сердце коровы к теленку ее,
    как сердце овцы к ягненку ее,
    так сердце Анату к Ба'лу.
    Она схватила сына Илу, Муту,
    мечом разрубила его,
    сквозь сито просеяла его,
    огнем опалила его,
    на мельнице смолола его,
    на поле посеяла его.
    Останки его — да! — поедают птицы,
    куски его — да! — поедают
    летающие от останков к останкам».
    Таким образом, мы видим, что смерть убита Анату. Анату смогла победить смерть и спасти Баала. О том, что Анат устраивает кровавые побоища, говорится в разных эпических текстах. Это кровавые побоища людей и богов.
    6. Месть Анат Элю

    Вот, например, как описывается побоище после того, как Анат вместе с Баалом убила Ямма, первородного Ямма, и завладела престолом. Это тоже сравнительно хорошо сохранившийся фрагмент текста. Вы должны почувствовать отличие и от Египта, и от Месопотамии.
    Убийство Ямма немотивированно, то есть его убили, чтобы завладеть властью, завладеть царственностью. Илу оскопили, чтобы Он больше не производил потомство, и прогнали, кстати, на гору Сапан. Там Он и пребывает. А после того, как они захватили власть, вот что они сделали:
    «Заперла ворота дома Анат
    и угощала отроков у подножья горы.
    И вот Анат сражалась в долине,
    поражала горожан,
    сражала народ побережья морского,
    истребляла людей восточных (то есть она дает угощение и она же убивает).
    Под нею как жнивье – головы,
    над нею, как саранча – кисти.
    Как обрубки в куче – кисти храбрых.
    Она прикладывала кисти к спине своей,
    втыкала кисти в утробу,
    колена погружала в кровь воителей,
    браслеты – в потоки крови храбрых.
    Жезлом она гнала старцев,
    в бедро лук свой она целила.
    И вот Анату в дом свой пошла,
    устремилась богиня во дворец свой.
    И не насытилась она сражением своим в долине,
    поражением горожан.
    Она швыряла кресла в храбрых,
    швыряла столы в воинов,
    подножия — в витязей.
    Многих она сразила и огляделась,
    поразила и обрадовалась Анату.
    Расширилась печень ее,
    смехом наполнилось сердце ее,
    в веселие печень Анату окунула,
    когда колена она погружала в кровь воителей,
    браслеты — в потоки крови храбрых,
    пока не насытилась сражением в доме,
    поражением застольников.
    Вытерли в доме кровь воителей,
    вылили елей воздаяния в амфору.
    Омыла руки свои девственница Анату,
    пальцы свои невестка народа,
    омыла руки свои от крови воителей,
    пальцы свои — от потоков крови храбрых.
    Она поставила кресло к креслу,
    столы к столам,
    подножия поставила к подножиям.
    Она начерпала воду и омылась
    росою небесной,
    елеем земным,
    ливнем Скачущего на Облаке.
    Роса небесная обливала ее,
    ливнем обливали ее звезды…»
    Вы видите, что это невероятное убийство людей - средство захвата власти над миром и триумф после овладения миром. И это убийство ей «веселит печень», - делает её очень радостной, очень веселой. Сам Баал просит её прекратить человекоубийство и начать заботится о людях. И Анат на это соглашается. Но соглашается при том условии, что все боги и люди должны склониться к ногам Анат:
    «И, войдя, к ногам Анату склонитесь и падите,
    простритесь ниц, почтите ее!
    И скажите девственнице Анату,
    повторите невестке народа (невестка народа – то есть, в некотором смысле, она считается родственницей людей)
    слово Силача Ба'лу,
    речение Сильнейшего из витязей:
    «Помести в землю жертву хлебную,
    положи во прах мандрагоры,
    вылей воздаяние в глубины земли,
    спрячь котел в глубине полей.
    Возьми посох свой, суму свою;
    ко мне ноги твои пусть устремятся,
    ко мне пусть спешат стопы твои,
    ибо слово есть у меня, и я скажу тебе,
    речение, которое повторю тебе,
    слово дерева и шепот камня,
    жалобы небес с землей,
    Океана со звездами.
    Я построю обитель, которой не знают небеса,
    нечто, чего не знают люди
    и не ведают толпы земные.
    Приди, и я воздвигну ее
    среди гор бога Цапану,
    на святой, на горе наследия моего,
    на прекрасной, на вершине могущества моего!»

    Дальше Анату говорит:

    «Так! Я уничтожила любимца Илу, Йамму!
    Так! Я прикончила Судию Речного, бога великого!
    Так! Я надела намордник на Туннуну,
    в узел сплела его,
    уничтожила Змея извивающегося,
    властителя о семи головах!
    Я уничтожила любимца Илу, Аршу,
    погубила теленка Илу, Атаку,
    уничтожила суку Илу, Ишту,
    прикончила дочь Илу, Жабубу!
    Я расплющу серебро,
    захвачу золото
    выдворяющего Ба'лу».
    Как вы видите, это страшная месть Анат Илу. Илу выгнан, растоптан. Его ближние, Его первенцы убиты, а сам Он, видимо, оскоплен. И это все сделала Анат «ради витязя Баала».
    Баал, держащий булаву и молнию. Конец XV – начало XIII в. до Р.Х. Лувр, AO 15775
    Баал – это, однозначно, Сет для египтян, а не Осирис и не Гор. И если сами египтяне, безусловно, соединяли Баала с Сетом, то они, понятно, считали, что религия Ханаана – «сетическая» религия. Религия, в которой не Гор победил Сета, а Сет победил Гора. Смерть, убийство победило даже саму смерть. Но Мот был потом возрожден.
    Анат говорит об Илу:

    «Ответит мне Бык, Илу, отец мой,
    ответит мне, и я ему…
    я опрокину Его, как ягненка, на землю,
    я окрашу седину Его кровью,
    седину бороды Его потоком крови Его,
    если он не даст дома Баалу, как богам,
    и подворья, как сынам Асирату!»
    Она затопала ногами,
    и задрожала земля.
    Тогда она явилась к Илу,
    к источнику Реки
    возле истока обоих Океанов…
    Голос ее услышал Бык, Илу, отец ее.
    Сказал Илу в семи покоях,
    в восьми даже хороминах…
    (далее текст поврежден, но ясно, что Илу соглашается на дворец, который просит Анату)
    И сказала девственница 'Анату:
    «Дочери дома Твоего, о Илу,
    дочери дома Твоего пусть не радуются,
    пусть не радуются высоте дворца Твоего!
    Как бы я не схватила их десницей моею,
    огромной дланью моею!
    Я поражу темя Твое,
    я окрашу седину Твою кровью…»

    И так далее, и так далее.
    Вы видите, что это страшные угрозы, и этими угрозами она требует передать дворец — по всей видимости, этот дворец - мироздание, то есть передать всю вселенную Баалу, передать ее Сету. Если Анат – это для египтян Хатхор, Исида, то в Угарите Исида выступает не на стороне Осириса, но на стороне Сета, который и стал её супругом. Все знаки сменены.
    7. Баал и Анат – владыки мира. Имена Баала

    Эпические тексты Угарита XIV – XIII веков до Р.Х. являются смычкой между древним, малоизвестным нам, религиозным сказанием III тысячелетия и лучше известной нам эпохой Финикии I тысячелетия до Р.Х. Эти тексты указывают нам, что власть Эля, по представлениям обитателей Ханаана, практически переходит к Сету.
    Уже в I тысячелетии в договорах всюду присутствует Баал, не Эль. В договоре 677 года до Р.Х. между ассирийским царем Ассаргадоном и его вассалом Баалом Тирским (кстати, имя тоже характерное), даются клятвы именами богов – Баал-Шамена, Баал-Малага, Баал-Сафона. Баал-Шамен – это Господь Небесный, Баал-Малаг – это, по всей видимости, Господь кораблей, Баал-Сафон – это Господин горы Сафон. И говорится, что если пункты договора не будут выполнены, то Баал-Сафон вихрем и бурей уничтожит корабли Финикии, а Астарта (это та же самая Анат) поразит их в битве. Филон Библский (это уже эпоха эллинизма) указывает, что древние обитатели Финикии считали Баал-Шамена единственным богом, правителем небесным и взывали к нему во время засухи. Именно к Баал-Шамену, кстати, обращались и жрецы Баала с просьбой о смягчении засухи, когда с ними вступил в противоборство пророк Илия в библейском повествовании [3 Цар. 18].
    Опять же, мы здесь должны быть очень аккуратны. Кто это имеется в виду? Баал как сын и победитель Эля или Баал как эпитет самого Эля – «Господь, Господин»? И в текстах Угарита мы совершенно ясно видим, что Баал, муж Анат и сын Эля, побеждает, свергает своего Отца. И что Анат обещает Его окровавить и похваляется, что убила его первенцев. То есть речь идет о безусловном насилии. Было ли оскопление, не было ли — это открытый вопрос. Но насилие, и страшное насилие, безусловно, было. И в результате этого насилия Баал, сын Эля, строит дворец. Поэтому, хотя мы не знаем, о каком Баале идет речь, но очень вероятно, что Баал-Шамен — это не Эль, а это Его сын. То есть власть над Сирией и Ханааном в руках нового хозяина, не в руках Эля. Баал изображался с дубиной в одной руке и с копьем в другой. На голове рогатый шлем. Он - высший бог любого финикийского города.
    Бронзовая статуэтка Баала из Рас Шамра. XIV—XII в. до Р.Х. Лувр, АО 17330
    В надписи Х века царя Яхимелика Библского Баал-Шамен призывается для благословения царя, восстановившего святилище города. А у Филона Библского Эль, бог Библоса, аналогичен Крону. Вы помните, что Уран был оскоплен Кроном. А сам Крон пожирал своих детей, чтобы не быть свергнутым Зевсом. Естественно, Филон Библский почти наверняка знал все эти мифы, подробно рассказанные Гесиодом. И поэтому мы можем предположить здесь между греческой и ханаанской теогонией очень большое сходство [Гесиод. Теогония, 155-210]. Понятно, что в XIV веке до Р.Х., когда писались эти угаритские тексты, греческие мифы не были известны жителям Угарита. То есть это просто общее религиозное видение, общая религиозная основа, из которой родился и греческий миф, и угаритский эпос. В угаритском эпосе не скрывается факт жестокого захвата божественной власти.
    Но ничего подобного нет в Месопотамии. В Месопотамии мир создан после битвы богов. Но создатели мира – они и управляют миром. А в Ханаане все иначе. Мир создан Элем. Нигде не говорится, что мир создан Баалом. Баал - царь, но не создатель. Хотя, с другой стороны, мы видим, что от Эля Баал-Шамен получает власть над всеми богами и над небом и землей. И его именуют предвечным сыном Эля. Об этом говорится в надписи царя Азитавадды, найденной в Каратепе в южной Анатолии. То есть мы с большим трудом реконструируем эту сумму текстов. Мы видим, что постепенно эти образы вновь сливаются. Для греков Баал-Шамен - это уже Ипсистос, Высочайший. Он – Единый, Наивысший, соответствующий Зевсу Олимпийскому. Об этом говорится в «Истории финикийцев», которая приводится у Иосифа Флавия в трактате «Против Апиона» (1.113). Двуязычная надпись из Пальмиры переводит Баал-Шамен как Зевс Ипсистос, а «та ипсиста» в Новом Завете — это Небеса. То есть Зевс Ипсистос – это Зевс Небесный, который обитает на небесах, который владеет небесами, как, собственно говоря, и предполагает греческое предание.
    И опять мы видим, что здесь греки и финикийцы не очень-то разнятся. Потому что Зевс обрел свою власть, победив своего отца Крона. Крон обрел свою власть, победив своего отца Урана. Баала именуют Баал Зебуб — «господин, князь», отсюда, собственно говоря, происходит и «Веельзевул». Именно это слово употребляется в четвертой Книге Царств: «Охозия же упал чрез решетку с горницы своей, что в Самарии, и занемог. И послал послов, и сказал им: пойдите, спросите у Веельзевула, божества Аккаронского: выздоровею ли я от сей болезни?» [4 Цар.1:2]. Обратите внимание: он упал через окошко. Образ окна, как мы помним из сказаний «о Баале и девственнице Анат» — непростой. В 4 книге Царств говорится об Иезавели, жене израильского царя Ахава, дочери Сидонского царя, что она тоже видит через окошко своего дворца, что её власть свергнута. А потом её выбрасывают из этого окна, и она разбивается насмерть, и её тело едят собаки (4 Цар. 9). Так что образ окна - очень значимый, это какой-то контакт миров, но до конца мы этого понять не можем.
    Итак, вы видите, что Баала почитали под именем «господин князь», Баал Зебуб (Веельзевул). О нем говорится как о Веельзевуле, божестве Аккаронском – это, опять же, Ханаан. Баалами именовались финикийские цари как священные цари - они принимали на себя священную роль Баала. В некоторых псалмах используется поэтический образ Баала, летящего на облаках (Пс.17:11). Конечно, имя Баала не называется, но Господь, летящий на облаках — это тот же Баал.
    Другой образ Баала - это Баал-Малаг, то есть «Господь моряков». Он - изобретатель рыболовных снастей и плота, он дал их людям. Первый человек, который получил эти знания от Баала-Малага и отправился в плавание - это Чусор.
    Еще один образ Баала — это Баал-Хаддад, громовержец, который поставляет царей. Хаддад — это, понятно, Адад. Его титул - Риммон или Рамман - громовержец. «Вы поклоняетесь богу вашему Риммону», - говорится в Библии.
    Еще Баал-Хамен – «солнце, жар». Еврейское «хама» — это солнце. В латинской традиции его соединяли с Юпитером, Сатурном. В паре с Тинит (это та же Анат), он – «владыка пылающий». Его упоминают в Анатолии, но он особенно популярен у пунийцев - жителей Карфагена и других колоний Финикии. Вотивные (посвятительные) стелы карфагенцев постоянно обращаются: «Наша Госпожа Тинит, лик Баала, и господин Баал-Хаммон». То есть Баал, утвердивший свою власть, Баал-Солнце, и госпожа Тинит (Анат) – вот, собственно говоря, божественная пара Карфагена.
    Интересно, что угаритский верховный священник, у которого в библиотеке нашли все эти фрагменты столь для нас ценных табличек, носил имя Реб-Некедем — «владыка пастухов». И это неслучайно. Потому что союз Баала и Анат, описанный в некоторых текстах исключительно откровенно (речь идет о физическом соитии) – это священный брак, соитие тельца и телицы, происходящее на том самом поле Мамету, где Баал был убит. Вы видите, что все это, с одной стороны, очень похоже на Думузи и Инанну – там тоже есть погоня за Думузи, его убийство, вовлечение в подземный мир и освобождение его Инанной. Но, с другой стороны, здесь все не так. Здесь все, во-первых, совершается насилием, а, во-вторых, ясно, что между Инанной и Думузи с одной стороны, и Ану и Инанной с другой - нет никакого захвата власти, который есть между Баалом и Элем. Но это тоже - победа над смертью.
    Не забудем, что Передний Восток, Анатолия и Сирия – это страны, сравнительно близко находящиеся к Кавказу, и в некоторых кавказских традициях, которые сами кавказцы объяснить уже совершенно не могут, зафиксированы те же самые обычаи. Например, у грузин в Лечхуми есть такой праздник Бослоба, очевидно дохристианский, во время которого хозяева дома, мужчина и женщина, совершают брачное соединение в масках быка и коровы. На это впервые указала грузинская исследовательница В.В. Бардавелидзе. Это очень позднее воспоминание древней традиции.
    Праздник Бослоба известен в разных районах Грузии под разными именами. И есть такое поверье, что чем больше происходит супружеских соитий в этот праздник, тем больше будет размножаться скот. А в угаритских преданиях прямо сказано, что «он (Баал) лежал с ней семьдесят семь раз, покрывал её (Анат), восемьдесят восемь раз». Это говорит об интенсивности креативной силы Баала. В отношениях Думузи и Инанны таких образов нет. Это нечто похожее, но все-таки иное.
    8. Мотив отстранения Творца от власти в религии Ханаана

    И сейчас мы подойдем к фабульной развязке. Мы говорили, что Мот убивает Баала как раз во время соединения с Анат. Интересно, что в Египте вспоминают ханаанское предание о любви Анат к Сету, который покрывает её, как бык. И, опять же, мы помним, что в Библии много раз говорится об абсолютно неправильном, даже преступном, поклонении золотому тельцу. Но это поклонение преступно вовсе не потому, что телец сделан из золота. Херувимы в давире Храма тоже были обложены золотом (3 Цар. 6:23), и в этом не было ничего плохого. Современное выражение о «поклонении золотому тельцу» в смысле «поклоняться богатству» абсолютно не соответствует библейскому принципу. Когда в 32 главе Книги Исход говорится о том, как Аарон по просьбе народа воздвиг золотого тельца, беда не в том, что он золотой, а в том, что это альтернатива Богу, альтернатива Элю. Это тот самый телец, тот самый Баал, который завладел Ханааном и всем миром, как считают в Угарите. И ханаанские жрецы совсем не против этого, они считают, что это нормально. Но для Библии это абсолютно невозможная вещь. А в Египте известно ханаанское предание о любви Анат и Сета-Баала. То есть все очень совпадает. Вы помните, что царь Северного царства Иеровоам ставит тельцов самарийских в Вефиле и в Дане (3 Цар. 12:26-33). И пророк Осия выступает очень решительно против поклонения тельцу самарийскому (Ос.8:5-6;13:2). И другие пророки так же. То есть это поклонение не просто другому имени Бога, но, судя по угаритским преданиям, это поклонение иной божественной сущности, находящейся с Творцом в отношениях конфликта.
    Поклонение Золотому тельцу. Андреа ди Леоне, XVII век
    Интересно, что в Библии категория быка (абир) сохраняется как поэтическая форма. В греческом, а затем и в латинском, и в славянском переводах Библии это слово переведено как «сильный». Но абир — это бык. И, когда мы читаем, например: «но тверд остался лук его, и крепки мышцы рук его, от рук мощного (абир) Бога Иаковлева. Оттуда Пастырь и твердыня Израилева» (Быт. 49:24), - то здесь, как мы видим, употребляется слово «абир». Или у Исайи: «притеснителей твоих накормлю собственною их плотью, и они будут упоены кровью своею, как молодым вином; и всякая плоть узнает, что Я Господь, Спаситель твой и Искупитель твой, Сильный (абир) Иаковлев» (Ис.49:26). Также у Исайи (1:24): «Посему говорит Господь, Господь Саваоф, Сильный Израилев (Абир Исраэль): о, удовлетворю Я Себя над противниками Моими и отмщу врагам Моим!».
    Бронзовая фигурка быка, найденная в культовом комплексе в горах северной Самарии. Конец II тыс. до Р.Х. Фигурка изготовлена в ханаанской мастерской, но использовалась израильскими поселенцами в Самарии. (A. Mazar. Archaeology of the Land of the Bible. N.Y.: Doubleday, 1990. P. 351, fig. 8.28)
    Все эти библейские поэтические образы, конечно, относятся не к Баалу, а к Элю – ведь Эль тоже бык. А Баал, скорее, телец, то есть молодой бык. Интересно, что категория «Баал» сохраняется по сей день. Еврейское седе хаббаал (араб. арду баалин) – это «орошаемая земля», то есть живая земля, земля, которая дает жизнь. А неорошаемая, мертвая земля – это, по-арабски, арду мават, от слова мот — смерть.
    И пока что только как догадку, а подробнее мы будем говорить об этом на следующих лекциях, можно высказать предположение, что в вере Ханаана было одно специфическое звено, специфическое явление. Это захват власти у Эля – насилием, убийством, отстранением и других наследников, и самого Эля. Первенец – тот, через кого происходило или творение, или управление миром, Ямм, был отстранен и заменен. Баал, сын Эля и Анат, супруга Эля захватили власть и добились от Эля права самим управлять миром – «строить дом», прорубать в нем окно, хотя сначала они не хотели прорубать окно. И над Ханааном была установлена божественная власть тех лиц, которые силой, угрозой и убийством вынудили у Бога-Творца право на свое господство, право называться Баалом — господином.
    Угарит. Вход в царский дворец. XV-XIII вв. до Р.Х.
    В следующей лекции мы с вами посмотрим, как это право осуществляется в священной жизни уже не горы Сапан, а в жизни мира, среди людей. И из текстов Угарита – маленького городка, в котором в то время, когда в нем писались эти тексты, проживало не более пяти тысяч человек, мы узнаём веру народа Ханаана, и начинаем понимать, что действительно она, с одной стороны, альтернативна, а, с другой, очень похожа – по именам, категориям, поэтическим образам, – на библейскую веру Израиля, веру еврейского народа. Но об этом мы поговорим в следующий раз.

    comments powered by HyperComments