НОВЫЙ КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ РЕЛИГИЙ
Модуль 4. ХЕТТЫ
лекция 68
Хеттский ритуал


аудиозапись лекции


видеозапись лекции
содержание
  1. Ритуалы, храмы, изображения богов у хеттов.
  2. Очистительный ритуал.
  3. Особенности хеттских ритуалов.
  4. «Инструкция начальника пограничной стражи».
  5. Погребальные практики хеттов.
  6. Отношения Бога и человека в религии хеттов.
  7. Хеттские законы и их специфика.

    список рекомендованной литературы
    1. В.Г. Ардзинба. Ритуалы и мифы древней Анатолии. М.: Наука, 1982.

    2. В.Г. Ардзинба. Заметки к текстам хеттских ритуалов // Вестник древней истории. 1977. № 3. С. 118-132.

    3. О. Герни. Хетты. М.: Наука, 1987.

    4. Дж. Г. Маккуин. Хетты и их современники в Малой Азии. М.: Наука, 1983.

    5. Н.А. Налимова. Хаттуса в Новохеттский период: сакральная топография и образы защиты. // Журнал Исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова. № 2 (2015).

    6. M. R. Bachvarova. Relations between God and Man in the Hurro-Hittite "Song of Release" // Journal of the American Oriental Society, Vol. 125, No. 1 (Jan. - Mar., 2005), pp.45-58.

    7. G. Beckman. Hittite Birth Rituals. Otto Harrassowitz Verlag, Wiesbaden, 1983.

    8. G. Beckman. The Religion of the Hittites // The Biblical Archaeologist (1989), pp. 84-101.

    9. G. Beckman. The Hittite "Ritual of the Ox" (CTH 760.1.2-3) // Orientalia, NOVA SERIES, Vol. 59, No. 1 (1990), pp. 34-55.

    10. G. Beckman. A Hittite Ritual for Depression (CTH 432) // Tabularia Hethaeorum: Hethitologische Beitrage Silvin Košak zum 65. Geburtstag, DBH, Cilt: 25 / Ed. Detlev Groddek ve Marina Zorman, Otto Harrassowitz Verlag, Wiesbaden, 2007. S. 69-81.

    11. G. Beckman. Blood in Hittite Ritual // Journal of Cuneiform Studies, Vol. 63 (2011), pp. 95-102.

    12. K. Bittel. Hattusha: The Capital of the Hittites. New York, 1970.

    13. K. Bittel. The Great Temple of Hattusha-Bogazkoy // American Journal of Archaeology 80 (1976), pp. 66–73.

    14. B.J. Collins. The Puppy in Hittite Ritual // Journal of Cuneiform Studies, Vol. 42, No. 2 (Autumn, 1990), pp. 211-226.

    15. B.J. Collins. A Channel to the Underworld in Syria // Near Eastern Archaeology, Vol. 67, No. 1 (Mar., 2004), pp. 54-56.

    16. A. Goetze. The Hittite Laws // Ancient Near Eastern Texts Relating to the Old Testament / Ed. by Pritchard J.B. Third Edition with Supplement. Princeton: Princeton University Press, 1969. Pp. 188-197.

    17. A. Goetze. Hittite Instructions // Ancient Near Eastern Texts Relating to the Old Testament / Ed. by Pritchard J.B. Third Edition with Supplement. Princeton: Princeton University Press, 1969. Pp. 207 – 211.

    18. A. Goetze. Hittite Rituals, Incantations, and Descriptions of Festivals // Ancient Near Eastern Texts Relating to the Old Testament / Ed. by Pritchard J.B. Third Edition with Supplement. Princeton: Princeton University Press, 1969. Pp. 346-361.

    19. A. Goetze. Hittite Prayers // Ancient Near Eastern Texts Relating to the Old Testament / Ed. by Pritchard J.B. Third Edition with Supplement. Princeton: Princeton University Press, 1969. Pp. 393-401.

    20. O.R. Gurney. Some Aspects of Hittite Religion. London, 1977.

    21. H.G. Guterbock. Hittite Religion // Forgotten Religions, ed. by V. Ferm. New York, 1950. Pp. 83–109.

    22. H.G. Guterbock. Religion und Kultus der Hethiter // Neuere Hethiterforschung, edited by Gerold Walser. Wiesbaden, 1964. Pp. 54–73.

    23. H.A., Jr. Hoffner. The Laws of the Hittites: A Critical Edition. Leiden: Brill, 1997.

    24. H.A., Jr. Hoffner. Hittite Religion // Encyclopedia of Religion, Second edition. Vol. VI. Detroit: Macmillan Reference USA, 2005. Pp. 4068-4073.

    25. A. Kammenhuber. Hethitische Rituale // Kindlers Literatur-Lexikon, edited by Gert Woerner et al., vol. 3. Zurich, 1965–1967.

    26. A.M. Kitz. An Oath, Its Curse and Anointing Ritual // Journal of the American Oriental Society, Vol. 124, No. 2 (Apr. - Jun., 2004), pp. 315-321.

    27. R. Lebrun. Hymnes et prieres hittites. Louvain-la-Neuve: Centre d'Histoire des Religions, 1980.

    28. J.G. Macqueen. Hattian Mythology and Hittite Monarchy // Anatolian Studies, Vol. 9 (1959), pp. 171-188.

    29. J.G. Macqueen. The History of Anatolia and of the Hittite Empire // J. Sasson (ed.) Civilizations of the Ancient Near East, New York 1995, vol. II, pp. 1085–1105.

    30. J. Mellaart. The Late Bronze Age Monuments of Eflatun Pinar and Fasillar near Beysehirp // Anatolian Studies, Vol. 12 (1962), pp. 111-117.

    31. J.C. Moyer. The Concept of Ritual Purity among the Hittites. Ph. D. diss., Brandeis University, 1969.

    32. P. Neve. Hattusa – Stadt der Götter und Tempel. Mainz, 1996.

    33. H. Otten. Hethitische Totenrituale. Berlin, 1958.

    34. M. Popko. Religions of Asia Minor, Warsaw 1995.

    35. D. Surenhagen. Zwei Gebete Hattusilis und der Puduhepa // Altorientalische Forschungen 8 (1981), S. 83–168.

    36. P. H. J. Ten Cate Houwink. Hittite Royal Prayers // Numen 16 (1969), pp. 81–98.

    37. G. Torri. Common Literary Patterns in Hittite Magical Rituals and Prayers // Orientalia, NOVA SERIES, Vol. 72, No. 2 (2003), pp. 216-222.

    38. M. Tsevat. Two Old Testament Stories and Their Hittite Analogues // Journal of the American Oriental Society, Vol. 103, No. 1, Studies in Literaturefrom the Ancient Near East, by Members of the American Oriental Society, Dedicated toSamuel Noah Kramer (Jan. - Mar., 1983), pp. 321-326.

    39. C. Watkins. Proto-Indo-European: Comparison and Reconstruction // The Indo-European Languages, ed. A. G. Ramat and P. Ramat, London – New York 1998, pp. 25–73.

    40. D. P. Wright. Analogy in Biblical and Hittite Ritual // B. Janowski, K. Koch, G. Wilhelm. Religions geschichtliche Beziehungen zwischen Kleinasien, Nordsyrien und dem Alten Testament : Internationales Symposion Hamburg, 17.-21. März 1990 (OBO 129; Fribourg/Göttingen 1993). Pp. 473-506.


    стенограмма лекции
    1. Ритуалы, храмы, изображения богов у хеттов

    Мы начинаем последнюю лекцию по религии хеттов, и она в основном будет посвящена хеттскому ритуалу. Дело в том, что мы располагаем уникальным собранием хеттских ритуалов. Из библиотек Богазкёя до нас дошло очень большое количество таблиц с записью самых различных ритуалов, причем не внешних, демонстрационных, а ритуалов в древнем смысле слова. Это определенные суммы действий, которые можно назвать заклинаниями. Но они обращаются к высшим богам, а не к духам, и поэтому они не могут быть названы магией. Это действия, которые воспроизводят определенные бытовые формы, но ради того, чтобы они имели тот или иной священный эффект. Пожалуй, ни от одной древней передневосточной культуры не сохранилось такого собрания ритуальных текстов.
    Глиняная таблица с записью ритуала, обращенного к богу Солнца.
    Хаттуса. XVI-XIII вв. до Р.Х. Париж. Лувр, AO4703

    И они, во многом, опять же напоминают нам о ведической традиции, потому что ведическая традиция, традиция четырех вед, включая Ригведу и, особенно, Атхарваведу, содержит множество очень сходных ритуалов. Они тоже обращены к высшим богам, а не к духам, и они предполагают воспроизведение какого-то простого, но имеющего космический характер, действия. То, что мы увидим сейчас у хеттов, еще не сложилось в сложную ведическую ритуальную форму, но, безусловно, это подход к ней.
    И именно благодаря ритуальным хеттским текстам мы довольно уверенно можем реконструировать время появления ведического ритуала. Он возникает в другой части индоарийского региона – видимо, в нынешней Средней Азии, возможно, в ирано-индийском регионе от долины Инда до южноказахского Семиречья, и его возникновение относится ко времени приблизительно между 1800 и 1500 годами до Р.Х. А хетты примерно 1800 лет назад принесли свой проторитуал из единой индоарийской общности в Малую Азию. Соответственно, они ушли до появления ведических форм, когда в конце III – начале II тысячелетия до Р.Х. этих форм еще не было. Поэтому хеттские ритуалы тем более нам интересны, и в них мы, конечно, увидим и какие-то месопотамские элементы, но они очень своеобразны. После изучения Месопотамии, Египта, Ханаана вы тут же почувствуете хеттскую специфику.
    Итак, подобно Месопотамии, у хеттов была ежедневная жертва кормления Бога. Богам подносили быков, овец, вино, хлеб, пиво. Каждые полмесяца было празднование Богу – так же, как и в Египте, и в Месопотамии. Это все одинаково. Раскопаны шесть храмов Богазкёя, то есть Хаттусы. Это огромные храмы. И это не зиккураты, это прямоугольные храмы: целла, то есть то, что мы бы назвали алтарной частью, ниша со статуей, и перед ней большой двор для молящихся. Это тоже интересно, что священнодействия у хеттов были конгрегационным, то есть предполагалось, что народ собирается в храм на молитву. Храмовое священнодействие было не только для народа, но и при участии народа.
    Фрагмент сцены жертвоприношения. Стела из Мараша (Анатолия).
    X-IX вв. до Р.Х. Нью-Йорк. Музей Метрополитен. 91.34.3

    Руины Большого Храма Хаттусы. XIV в. до Р.Х.
    Восточный адитон Большого храма Хаттусы с постаментом для культовой статуи. Адитон (греч.) – недоступный. Комната позади главного храмового зала (наоса), в которой находилась статуя божества
    Планы храмов в Богазкёе. XIV-XIII вв. до Р.Х.
    Боги изображались антропоморфно с атрибутами. Тот бог, которого хетты именовали богом Бури, а семитические жители этих мест - Тешубом, изображался в виде золотой статуи стоящего мужа с крыльями, исходящими из плеч. В правой руке его золотой топор, в левой - золотая эмблема блага. Это изображение Тешуба, слышащего, внимающего молитве. Он стоит на своем культовом животном, обычно на быке, зубы его обложены серебром, грудь - золотом. Два духа, которые следят за исполнением суда и справедливости, Нинатта и Кулитта, стоят с двух сторон близ его крыльев.
    Фигурка бога из Культепе. XVIII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Божество в модельке целлы. Инандик. XVII-XVI вв. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Хеттский бог Бури. XIV-XIII в. до Р.Х.
    Метрополитен музей. 1990.255

    Бог Бури, стоящий на быке. Стела из Тель-Амара. IX в. до Р.Х.
    Алеппо. Национальный музей

    Изображение Шамаша – хетты называли его солнечным богом, - это серебряное изображение сидящего мужа. Вокруг его головы изображаются рыбы — образ того, что солнце встает из моря. Безусловно, в Анатолии это увидеть было невозможно. Если в Анатолии солнце и было как-то связано с морем, то только на западе, на закате. Но это древний образ, и он связан, конечно, не только с географией, хотя и с ней тоже - это намек на географию какой-то другой страны, откуда пришли хетты. Но я думаю, что это также образ Инобытия (вспомним Энки!). То есть солнце связано с Инобытием. Это, опять же, очень интересный момент.
    Когда драгоценные одежды бога ветшали, он через оракула — оракулы, как вы уже знаете, были очень распространены у хеттов, - просил их возобновить. Каждый храм имел постоянный персонал. Даже в сельских храмах были два-три человека, которые присматривали за статуями и занимались этим храмом. В столице, в Хаттусе, был целый квартал к югу от храма, в котором жили люди, обслуживавшие храмы, следившие за соблюдением ритуальной чистоты, наблюдавшие за тем, чтобы в храм не попали нечистые животные. До нас дошли специальные, очень подробные, установления о ритуальной чистоте. Я не буду их цитировать, но они тоже интересны. Владислав Григорьевич Ардзинба, ученик Вячеслава Всеволодовича Иванова и Тамаза Валериановича Гамкрелидзе, специально занимался хеттским ритуалом. Он очень подробно исследовал взаимосвязи хеттского храмового ритуала с ритуалами дохристианского Кавказа, обнаруживая между ними общие черты.
    В.Г. Ардзинба (1945-2010)
    Простых людей в храмы обязательно сопровождали храмовые служители, то есть люди приходили в храм в сопровождении служителей, которые смотрели за тем, чтобы не были нарушены установления храмовой чистоты и благочестивого поведения в храме. Иностранцы допускались в храмы только как царские послы, не иначе.
    Если в Хаттусе мы видим огромные храмы, во многом похожие на будущие храмы Греции, с величественными колоннадами по периметру, то сельская религия была намного более простой. Но в деревенских поселениях тоже были свои маленькие храмы и сельские святилища, и в них обычно поклонялись не антропоморфным изображениям, а оружию, изображениям животных и так называемому хуваси.
    Хуваси — это камень на резном основании. Это - очень древняя традиция, она была характерна для раннего неолита. В Иерихоне, Бейде X-IX тысячелетия до Р.Х. такой аморфный камень был объектом поклонения. То же самое, как вы помните, было и в Ханаане. Наиболее древними святынями были обычные камни, каменные глыбы неопределенной формы. Камень — образ вечности. Неопределенная форма, отсутствие формы, бесформенность, безвидность камня — это признак того, что божественное не имеет нашего вида, не имеет нашего образа. Я не думаю, что хуваси у хеттов – это результат заимствования. Конечно – нет. Это очень древняя общая традиция. Она в какой-то степени дошла и до арийской Индии, в ней это тоже есть.
    Стела из Султанхани. Турция. Хеттский памятник VIII в. до Р.Х. Анкара. Музей анатолийских цивилизаций
    У хеттов, как и повсюду на Востоке, совершались весенние и осенние празднества, происходили совместные пиры и застолья. Эти совместные пиры и застолья имели огромное значение, потому что на них живые и умершие соединялись вместе и пребывали в радостном единстве. Отсюда происходят и наши тризны, наши поминки.
    Ритуальный сосуд в форме орла. Культепе. XIX в. до Р.Х. Анкара.
    Музей анатолийских цивилизаций

    Вы увидите потом по некоторым текстам, что особое значение имели родники. Практически любой родник, любой источник воды, бьющий из-под земли, имел очищающее действие, и он ценился. Многие родники были объектами поклонения. В какой-то степени это сохраняется до сих пор и у нас, когда к родниковым источникам, к естественным источникам воды происходит паломничество даже в городах. Конечно, мы забыли, что наши очень давние предки почитали родники, как средство очищения от скверны, но сама традиция остается. Один из народных мистиков Болгарии еще в 1930-е годы учил: «если хочешь очиститься — очищай родники». Болгария, Фракия — один из путей движения индоариев, и я думаю, что эта древняя традиция там осталась, несмотря на то, что на Балканах очень много народов сменяли друг друга.

    В храмах имелись бассейны и емкости для воды – видимо, тоже для омовений и очищений.
    2. Очистительный ритуал

    А теперь я вам прочту, с некоторыми купюрами, последование очистительного ритуала. Оно сохранилось на нескольких табличках, в нескольких вариантах. Я не буду говорить все подробности, тем более, что мне не хотелось бы, чтобы эти древние ритуалы кто-то пытался воспроизводить, но они очень интересны. Эти ритуалы совершаются при наступлении ночи. Как правило, их совершает жрица, которую именуют Старой Женщиной, старицей. Здесь, опять же, мы видим интересную вещь: если в Египте жрицы имели подсобное значение — главные роли играл жрец, а жриц именовали «певицами Бога», если в Месопотамии жрица также имела подсобное значение как образ Инанны, как участник храмового священного брака, то здесь жрица была важным действующим лицом ритуала, никак не связанного с её полом. Этот момент опять же вводит нас арийскую культуру.
    Культовая сцена на вазе из Инандик-тепе (прорисовка). Сер. XVII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций. (P. Taracha. THE SCULPTURES OF ALACAHÖYÜK: A Key to Religious Symbolism in Hittite Representational Art // Near Eastern Archaeology , Vol. 75, No. 2 (June 2012), p. 111, fig. 3)

    Итак, ритуал начинался формулой: «На благо царя (буквально – Бога, но имелся в виду царь), царицы и заказчика». То есть ритуал совершается на благо царя, царицы и заказчика. Обратим внимание, что у ведических ариев, которые ушли на Восток, конечно же, был царь, раджа, но он не имел никакого сакрального статуса и являлся фактически воинским предводителем, князем. А священный статус, скорее, имел его брахман - пурохита. Здесь же обязательно в каждом ритуале, который совершает для себя обычный человек, присутствует имя царя. И это не случайная вещь. Дело в том, что поскольку ритуалы имеют огромную силу, то они могут быть во вред царю. Это, кстати, очень сурово наказывалось. И вот чтобы никакая духовная сила, человек или бог, не использовала ритуал во вред царю, обязательно благо призывается на царя, царицу, а часто и на их детей.
    Первым элементом очистительного ритуала было растение, которое, по всей видимости, является мыльным корнем. По крайней мере, это то растение, из которого делается мыло – так называемое натровое растение. И вот это натровое растение Старая Женщина (а мы помним, что это жреческий титул, это не просто старушка) дает тому, кто несет регалии царицы во время обряда. И при этом она говорит слова, не совсем обычные и тем очень интересные: «Пусть клевета, богохульство и нечестие войдут в этот храм и прорастут там как растение мыльного корня». Войдут — я подчеркиваю! То есть заказчик хочет очиститься от некой скверны, но Старая Женщина вроде бы говорит прямо противоположное: «Пусть клевета, богохульство и нечестие войдут в этот храм …. Пусть оно расцветет там как содовое растение… Да никто не вырвет его там».
    А дальше, удивительным образом, дается комментарий:

    «А теперь посмотри, что случится – Бог, собиратель трав, срежет это цветущее растение, а потом превратит его в угли. И как мыльный корень превращен в угли и мыло, так превратятся в угли (очевидно, это будут делать священнослужители) и мыло злое слово, лживая клятва, проклятие и нечестие. Да не будут они более существовать для моего Бога (то есть царя), и также да не будут они существовать для жертвователя. Да будут Бог и жертвователь свободны от них. Как он (или она) превращают этот мыльный корень в мыло, так же да станут мылом злое слово, лживая клятва, проклятие и нечестие».
    То есть из проклятия слово превращается в свою противоположность - в мыло, в очищающее средство. Вы помните, что Бог в Египте именовался нечер, Чистый (натр - главная субстанция мыла).
    Итак, первый этап очищения, с травой мыльного корня и с мылом, закончен. Дальше идет луковица. Не волнуйтесь, я вам не буду читать все формулы, но хотя бы первые две. Священник дает жертвователю луковицу, и Старая Женщина говорит в присутствии бога:
    «Так же, как эта луковица состоит из слоев шелухи, слепленных вместе, которые можно снять один за другим, так же пусть злое слово, лживая клятва проклятие и нечестие склеятся вокруг этого храма (то есть не изгонятся, а храм вберет это все в себя, и сам уничтожит все это). А теперь я очищаю эту луковицу от шелухи и оставляю только голый ствол её. И пусть он (жертвователь) так же избавится от злого слова, лживой клятвы, проклятия и нечестия, как и этот Божий храм. Да будет чист от этого Бог (то есть царь) и жертвователь!»
    Потом сложенная вдвое веревка, и с ней тоже идет целый ритуал. Потом бассейн с игрушечным корабликом, на который кладут маленькие кусочки золота и серебра и выводят по специально прорытому каналу в реку. И говорится, что так же, как эти кусочки золота и серебра выходят в реку, так же пусть все нечестие выйдет в реку и унесется по реке Бог весть куда. После этого берется большой, в три сикля, кусок серебра, омывается водой и произносится фраза:
    «Кто бы ни сказал злое слово в присутствии Бога (то есть царя), так же, как черная земля поглощает эту воду (стекающую с серебра), также да поглотит земля злое слово. Да будут эти слова свободны и не слиты (со злом). Да будут Бог и жертвователь свободны от этого!»
    Такова форма обрядов. Вы понимаете, что храм здесь играет совершено особую роль. Храм поглощает и уничтожает собой всё зло, скверну, клевету, всё, что и сам человек сказал, и что на него пришло. То есть храм - особое место. Храм - это святыня, уничтожающая зло. Это опять же, хотя и косвенно, но очень похоже на знаменитую битву богов, когда боги, дэвы, побеждают демонов, своих противников, в ведическом ритуале, и, таким образом, очищают жертвователя, потому что все ведические ритуалы - это ритуалы, заказанные жертвователем, точно так же, как и у хеттов.
    Обратим внимание на роль царя. В конце этого ритуала произносится формула:

    «Как замену Царя, пусть жертвователь возложит руки на быка, в замену царицы – на корову. Одна овца и один козел. Когда это будет сделано, Старая Женщина скажет: «Каким бы злым словом, ложной клятвой, проклятием или нечестием ни была причинена боль Богу, да унесет их замена далеко от Бога. Да будут свободны от этого Бог и жертвователь! После этого жертвователь поет гимн (прилагается) и приносит в качестве приношения небольшой жертвенный хлеб и небольшой сыр».
    Царь Сулумели льет священную воду перед Богом Бури, 850-800 гг. до Р.Х.
    Рельеф из Аслан-тепе. Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Видите, в итоге даже этот баран и этот бык не приносятся в жертву, это слишком дорогая жертва. В жертву приносятся хлеб и сыр. Но руки кладутся на головы животных. Что касается гимна, то один такой гимн мы потом послушаем. Гимны – это тоже особенность индоарийской культуры. Собственно говоря, то, что мы называем гимнами Ригведы (сукты) - это и есть вот эти гимны. Это гимны, которые поёт специальный священник, но, возможно, раньше пел и сам жертвователь. Это священные гимны, которые есть и прославление, и сила, и залог будущей победы над дасьями, над демонами.
    Сохранились очень подробные ритуалы против колдовства и против чумы. И здесь очень важно заметить, что очень многие хеттские ритуалы, записанные и сохранившиеся до наших дней, это не какие-то безличные ритуалы и не какие-то ритуалы, которые, как в Египте, сам Бог (Бог Тхот) сообщил людям — нет! Это слова определенных мужчин и женщин, которых, по-видимому, арии позднее и будут именовать риши — провидцами. И им будут приписывать гимны вед. Ведь каждый гимн вед - это шрути, это услышанное кем-то, каким-то провидцем, каким-то человеком, который способен слышать божественные глаголы. И то же самое мы видим у хеттов. Ничего подобного нет, насколько я знаю, ни в Египте, ни в Месопотамии.
    Вот, например, ритуал против чумы. По всей видимости, это была большая беда для хеттов и, наверное, вообще для индоариев. Потому что это степная полоса, где много грызунов - переносчиков таких страшных болезней, в том числе, и чумы. Есть и царские молитвы с просьбой защитить от чумы народ, и ритуалы. Вот как начинается этот ритуал, я прочту довольно большой фрагмент, но, разумеется, сам ритуал намного больше.
    «Се слова Ухха-муваса, мужа из Арзавы (вы понимаете, что это не царь, не Бог, а это некий человек, видимо, провидец). Если люди умирают в стране и если это совершает некий враждебный бог, я действую следующим образом (то есть этот Ухха-мувас объясняет всем остальным как он действует):
    Они (то есть те, кто могут заболеть или уже заболели) привозят барана. Они сворачивают вместе нити голубой шерсти, багряной шерсти, желтой шерсти, черной шерсти и белой шерсти в подобие царского венца и коронуют им барана. Они выводят барана на дорогу, ведущую к врагам и, делая это, говорят следующее: «Какой бы бог враждебной земли ни вызвал этот мор, виждь, мы посылаем этого увенчанного барана умиротворить тебя. Так же как сильно стадо, но пребывает в мире с бараном, пусть также и ты, Бог, вызвавший этот мор, будешь пребывать в мире с землей Хатти». И после этого они отправляют этого увенчанного барана к врагам (то есть видите, никакой мести, никакой злобы). После этого приносят они фураж для лошадей Бога и бараний жир, и, делая так, они говорят: «У тебя упряжь коней, да пусть едят они фураж, и да будет утолён голод их. И да будет колесница Твоя смазана этим бараньим жиром. Обратись к земле Твоей, о Бог Бури! Благосклонно обратись к земле Хатти!
    Как вы видите, колесницы являются элементом божественной атрибутики. И именно благодаря колесницам индоарии во многом и завоевали такие большие пространства.
    После этого они приводят взрослого козла и двух овец. Он посвящает козла Седмице (какой-то Седмице богов, возможно - Плеядам), Он посвящает одну овцу Солнечному Богу. Другую овцу они заколают и готовят. Затем они берут один сыр, один курд (отвердевшее молоко, это пища кочевников Средней Азии), одну пуллу (мы не знаем, что это такое), один дрожжевой хлеб, один кувшин вина, один кувшин пива и фрукты. Все это они дают как пищу для Бога, отправляющегося в путь».
    Дальше значительная часть текста отсутствует, и мы не знаем, в какой путь отправляется Бог. Таков ритуал.

    Есть очистительный ритуал с призыванием на помощь духов-защитников.
    Есть очень большой ритуал против мужского бессилия. Видимо, эта проблема весьма волновала хеттов. И, опять же, этот ритуал начинается со слов простой женщины. Это слова Писсуватти, жены из Арзавы: «Если мужчина не имеет производительной силы и утратил желание к женщинам, я совершаю возлияние Улилияссису и молю его в течение трех дней…»
    Конец этого ритуала утрачен, так что воспользоваться им, даже если бы кто-то и захотел, вряд ли сможет. Но важно то, что это тоже ритуал, фактически открытый частному человеку. Это особенность индоарийской культуры, которая очень скоро после этого породит ведическую традицию.
    3. Особенности хеттских ритуалов

    Интересен следующий текст, очень большой: «Ритуал против домашних ссор». Актуальная тема.
    «Се слова Мастигги, жены из Киззуватны: Если отец и его сын, или муж и его жена, или брат и его сестра в ссоре, когда я примиряю их, я действую в отношении их так…»
    Дальше идет подробнейший ритуальный текст с жертвенными животными, с возложением венков, с плетением шерсти, так что ссоры у хеттов заглаживались нелегко, но заглаживались. Это мы должны иметь в виду и сами стараться поменьше ссориться.
    Очень интересен текст призывания богов. То есть когда людям нужна помощь богов, они призывают богов. Это длинный текст. И, кстати, очень красивый.
    «О Боги, возвратитесь в свои прекрасные и великолепные святилища, воссядьте вновь на престолах ваших, на седалищах ваших! Вновь воссядьте на ваших святых, прекрасных и великолепных тронах».
    Я хочу обратить ваше внимание на то, что человек, который, видимо, чувствует себя богооставленным, призывает богов. Но это не значит, что боги вообще ушли. Это была бы трагедия: уход богов - это что-то в стиле философии XIX века (смерть богов, нибелунги и так далее). А здесь речь идет о другом: боги ушли для этого человека. И он призывает, чтобы боги воссели, я думаю, в нем самом. Не в храмах, не вообще где-то на небесах, а в нём самом. Боги ушли из него, и они должны воссесть на престолах и седалищах и великолепных тронах в нём. Мы помним эти замечательные слова Христа: «кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14:23). Вот примерно об этом говорит и хеттский текст.
    И дальше, как вы помните, нужно обязательно упомянуть царя.

    «Подайте царю и царице жизнь, благо, здравие, долголетие, силу творения, сыновей и дочерей, внуков и внучек, правнуков и правнучек (имеется в виду креативная сила рождения детей). Для мужа – мужественность и доблесть, для жены – женственность и материнство! Для всей земли подай любовь и верность, Божью любовь и Божью милость, возвышенный дух в Боге и возвышенный дух в человеке, доблесть и руки победоносные, плодородие и процветание страны, плодородие людей, скота крупного и мелкого, изобилие зерна и вина. Даруй Царю верность и преданность его колесничих и воинов пешего строя!»
    Царь Аразас и его сын Каманас. Рельеф из Кархемиса. VIII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Жена царя Аразаса с младенцем на руках, ведущая козла.
    Рельеф из Кархемиса. VIII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Рельеф из Кархемиса с изображением детей царя Аразаса. VIII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    А дальше идет ритуальное указание: «И он помазует лучшим маслом червленую (красную) шерсть со словами: «Как пришло сияние на эту шерсть, так да воссияют для нас боги!»
    Вы понимаете, что шерсть, помазанная кедровым маслом, блестит. Вот так же «да воссияют для нас боги». Это и есть праведический текст, праведический ритуал.
    Хетты были воинственным народом, справедливым, но воинственным. И значительная часть сохранившихся ритуалов – это солдатские ритуалы. Есть большая солдатская клятва, я её не буду приводить, но смысл её в том, что воин клянется в верности царю и в мужестве в битве, и говорит, что то-то и то-то произойдет с ним, то есть всяческие несчастья, если он нарушит эту клятву. Или ритуал перед сражением, тоже очень важный, где говорится о том, какие священнодействия, какие жертвы надо приносить, чтобы боги были с тобой, с войском страны Хатти в сражении.
    Хеттские воины. Рельеф из Кархемиса. VIII в. до Р.Х.
    Анкара. Музей анатолийских цивилизаций

    Есть ритуал на возведение дома, ритуал на возведение дворца, празднование и ритуал Бога Битвы - у хеттов был очень большой круг ритуалов. И мы понимаем, что человек страны Хатти не делал ни одного серьезного шага, не совершив ритуала. Напомню, что само слово «ритуал» индоарийское, и происходит оно от слова рита. И вот, собственно, эти ритуалы окружали жизнь человека полностью. Некоторые подобные ритуалы упоминаются и в Ветхом Завете – например, ритуал выявления того, изменяет или не изменяет жена мужу [Числ. 5:11-31]. Это ритуал точно такого же типа, как и у хеттов, но таких ритуалов в Ветхом Завете сравнительно немного. Здесь же ими пронизано всё.
    И можно отметить две или даже три важных особенности.

    Первая особенность - это то, что ритуал совершается, чтобы великие боги, например, Тешуб, уничтожили зло, человеческое зло, в своих храмах. Чтобы они как бы аннигилировали его.
    Вторая особенность - это то, что обязательно упоминается царь, царица и царская семья. То, что желаешь для себя, ты желаешь для царя. Это очень важный момент.
    И третье - это, конечно, фактически полное равенство мужчин и женщин. Старые Женщины, старицы, совершают ритуалы, слышат голос богов и предлагают ритуалы. Мы видели, что некоторые ритуалы - и их, поверьте, не меньше половины, - предлагают не мужчины, а женщины, причем указывается, что это жена из такого-то города, из такой-то местности.
    4. «Инструкция начальника пограничной стражи»

    А теперь давайте войдем в мир хеттов и посмотрим на него изнутри в самом, казалось бы, банальном аспекте. Среди многих инструкций, которые до нас дошли - инструкции храмовой прислуги, инструкции дворцовой прислуги, есть сравнительно небольшой текст «Инструкция начальника пограничной стражи». Мы должны представлять себе, что такое начальник пограничной стражи. Это что-то вроде генерала, который руководит охраной границы. Для хеттов это больная тема, поскольку хеттское государство на севере и северо-востоке граничило с горными областями Малой Азии, населенными, как считали сами хетты, дикими народами, видимо, адыго-абхазской семьи, которые совершали набеги, которые не следовали закону, не чтили правды, не знали государственности. Поэтому их считали варварами. Так это было на самом деле или не так - это другой разговор. Я считаю, что никакими варварами они не были. Но это такой бич, который постоянно преследует цивилизованные народы. Вспомните, как на Римскую Империю делали набеги германцы. Или как потом, уже на цивилизованные Франкию и Британию, совершали набеги викинги. А тут вот эти горные народы южного побережья Черного моря делали набеги на хеттов. Поэтому пограничная стража была важна. Но в чем инструкция? Если мы думаем, что инструкция в том, как построить укрепленные пункты, крепости и собрать воинов, то мы ошибаемся. Речь идет о духовных вещах. Собственно, именно поэтому этот текст меня и заинтересовал. Бытовая история хеттов меня не очень интересует, хотя она, конечно, тоже интересна.
    Давайте же послушаем этот текст, который рассказывается удивительно спокойным и простым образом. Особенность хеттских ритуальных текстов в том, что в них нет никакой надуманной искусственной таинственности. Они очень просты и прозрачны. В сущности, каждый может воспроизвести этот ритуал. Они на это и рассчитаны. Они рассчитаны не на то, чтобы произвести эффект среди людей, а на то, чтобы освятить людей и помочь людям освободиться от их бед с помощью богов.
    «В селении, через которое проезжает Начальник пограничной стражи во время своей инспекционной поездки, он должен быть внимателен, чтобы обеспечивалось необходимое довольствие сельских старост, священников, «помазанных» и матерей Бога».
    Мы здесь видим категории, если угодно, сельской элиты. Это старосты, избранные народом, это священники храма, это помазанники — харизматики, пророки, и это «матери Бога», то есть жрицы.
    «Он должен говорить с ними так: «Святилище, находящееся в селении, посвящено ли оно Тешубу или иным богам, ныне разрушилось и запустело. Не обеспечено оно священниками, матерями бога и помазанными. Вы должны вновь обеспечить его всеми этими служителями. Им надлежит восстановить его. Как построено оно было раньше, так и должно оно быть восстановлено.

    Далее, должное почтение должно быть оказано всем богам, но Богу Грозы должно оказывать особое почтение. Если у какого-либо храма течет крыша, начальник пограничной стражи и сельский начальник должны исправить её, и если какой-либо кубок Бога Грозы или какое либо имущество иного бога пришло в неисправное состояние, священники, помазанные, и матери Бога должны исправить его.
    Затем Начальник пограничной стражи должен составить опись имущества бога и представить его Солнцу (т.е. царю). Затем они должны молиться богам в должные дни. Если какой-нибудь день установлен для почитания какого-либо бога, он и должен почитаться в этот день. Если у какого-то бога нет священника, помазанного или матери бога, надо назначить такового.
    Если нет приношений у каменных столпов богов (хуваси), принеси эти приношения тотчас же. Они должны принести их, и впредь приносить то, что полагается по обычаю.
    Священнодействия, совершаемые на родниках, находящихся в селении – они должны прийти к ним и совершить эти священнодействия. А те родники, священнодействия которым не установлены, они должны прийти к ним всё равно. Ни при каких обстоятельствах не должны они пренебрегать родниками. Они должны регулярно совершать священнодействия высотам и рекам там, где они установлены.
    Кроме того, начальник пограничной стражи, сельский начальник и старейшины должны судить и разбирать гражданские дела в соответствии с законом».
    Обратите внимание: первая задача начальника пограничной стражи - сохранять и восстанавливать святыни.

    Вторая задача - суд.
    «Как это было принято и в былые времена, селения, где есть обычай смертной казни, они должны сохранять этот обычай. Но в том селении, где традиция предполагает изгнание, они должны соблюдать и эту традицию. После суда граждане должны совершать омовение, и о решении суда должно быть провозглашено публично».
    Значит, суд - это важное дело, но все же необходимо омовение, очищение после, видимо, какой-то скверны, которой считалось, скорее всего, осуждение. Но решение суда должно быть публичным, оно не должно быть тайным.
    «Никто не должен дозволять изгнанному возвращаться. Тот, кто разрешит ему вернуться, сам должен быть заключен в тюрьму».
    То есть, возможно, были какие-то взятки, какие-то компромиссы, какое-то кумовство. Все это тоже было. Но решение принято – и оно должно исполнятся.
    «И когда они молятся богам, никто да не вносит беспорядка пред лицом богов, никто не совершает бесчинств в доме празднования. Пусть оказывается почтение священникам, братьям мирянам, помазанным и матерям бога. Почтение в отношении Бога – обязанность священников, помазанных и матерей Бога.
    Если кто-либо принесет прошение, скрепленное (личной) печатью, начальник пограничной стражи должен рассмотреть его в соответствии с законом и установить истину».
    Что касается печати - не думайте, что это государственная печать. Это как у нас сейчас подпись и, как говорится, только подписанные жалобы принимаются, анонимки не принимаются. Так же и тогда. Только тогда ставили не подпись от руки, а личную печать, где, фактически, были символы человека, а потом уже и написанное его имя. Поэтому только тот, кто принесет подписанное прошение, только того прошение следует принимать.
    Образец хеттской печати. IX в. до Р.Х. Британский музей. 134614
    Итак,

    «Если кто-либо принесет прошение, скрепленное (личной) печатью, начальник пограничной стражи должен рассмотреть его в соответствии с законом и установить истину. Если дело весьма сложное, он должен послать его Солнцу».
    Солнцу – то есть царю. Закон был, и мы с вами в конце его даже чуть-чуть коснемся. Сохранились кодексы хеттов. Это древние тексты, написанные в основном на древнехеттском языке, то есть на языке XVIII века до Р.Х., но найденные на табличках среднего и позднего хеттского периода.
    Но вернемся к нашему начальнику пограничной стражи.

    «Он не должен решать дело в пользу начальника просителя, он не должен решать его в пользу его брата, его жены или его друга. Никому нельзя отдавать никакого предпочтения в суде. Он не должен справедливое решение подменять несправедливым, и не должен несправедливое выдавать за справедливое никогда. То, что по истине, то он должен делать».
    То есть суд - это великое священное дело. Если так судить, то и граница будет на замке.
    «Когда ты (то есть начальник стражи) приезжаешь в какое либо селение, собери всех жителей его вместе. Тот, кто имеет жалобу, рассуди его и вынеси решение по истине. Если раб какого-либо человека, или рабыня какого-либо человека или вдова жалуется на кого-либо, рассуди эти жалобы и вынеси решения по истине. Если тут будут люди (высших) сословий – кассии, химмува, тагарамма и исува, отнесись к ним со вниманием».
    У нас при Екатерине II было запрещено принимать жалобы от крепостных. А у хеттов, то есть за три с половиной тысячи лет до Екатерины, требовалось, чтобы прошения и жалобы и раба, и рабыни, и самой жалкой вдовы были приняты и рассмотрены.
    Следующие далее названия - кассии, химмува, тагарамма, исува - некоторые ученые считают сословиями, и к этому есть основания. А некоторые, как, например, Вячеслав Всеволодович Иванов, считают их жителями городов, и к этому тоже есть основания. Часть этих имен перечислена в 54 статье закона хеттов, но кто они такие, мы достоверно не знаем. Но важно, что кто бы ни был пред тобой - какие-то убогие или подневольные люди или же, наоборот, вельможи или какие-то ремесленники, то к ним всем тоже нужно отнестись со вниманием.
    5. Погребальные практики хеттов

    Теперь давайте поговорим о погребальных практиках.

    Как и у большинства ариев, у хеттов практиковалась кремация и сожжение сельскохозяйственных орудий на погребальном костре даже для царя. Кстати, эта традиция была широко распространена, ее приняли для себя и евреи, когда очень часто совершали всесожжения на дровах из сельскохозяйственных орудий и приносили в жертву быков или коров, которые пахали поле. Сжигали сельскохозяйственные орудия и на них готовили жертвенных животных. А здесь сожжение сельскохозяйственных орудий было нормой, принятой для всех.
    В этом очень глубокий символ. Он связан с рождением, с семенем, входящим в землю, с возрождением. И жертвенный погребальный костер, поднимающийся к небу, это образ огненного восхождения умершего в небесные обители. Так, по крайней мере, понимали это ведические арии, но так же, видимо, понимали это и хетты. Поздней индийской традиции самосожжения вдов - сати, конечно, не было, но вдова сжигала некоторые личные вещи мужа, чтобы, видимо, эти вещи были с умершим там. Такая была традиция.
    Живые приносят жертвы душам умерших. Статуи предков находятся в домах и их возят с собой, когда переезжают на новое место. Душа умершего, если она обижена живыми, будет преследовать этих живых, пока не получит удовлетворения. В могилах после кремации найдено мало вещей. Иногда кости животных от тризны, свинья, овца, корова. Иногда кости собаки – как проводника. Несколько раз – лошадь или её статуэтки. Это – аллюзия степной жизни. Вообще к лошади было очень странное отношение. В законах хеттов все формы содомии, соединения человека с животным карались очень строго, я об этом еще скажу. И только соединение с конем и мулом не каралось. Почему?
    Есть один намек на это. Дело в том, что в ведическом ритуале имеется царский ритуал – ашвамедха, жертвоприношение коня, где имитировалось соединение царицы с конем. Это была часть священного ритуала. Там это была только имитация, но довольно прозрачная. И, возможно, это как-то связано и с глубочайшей древностью, со степным образом жизни, когда конь был фактически alter ego человека.
    Дж. Маккуин, которая написала специальную работу о сельской религии хеттов, очень интересную, замечает, что встречается много совместных захоронений взрослых и детей, и задается вопросом, не жертва ли это. То есть не было ли у хеттов того же, что было в Ханаане - жертвоприношения младенцев. Но никаких свидетельств человеческих жертвоприношений у хеттов нет вообще. Так что, по всей видимости, это родовые могилы. Тем более, что это кремационные могилы, где в одну и ту же могилу ссыпали пепел и обгоревшие кости и взрослых, и, к сожалению, детей, потому что детская смертность, как и всюду в древности, у хеттов тоже была достаточно высока.
    6. Отношения Бога и человека в молитвах и гимнах хеттов

    Давайте послушаем молитвы хеттов. Вот молитва Солнечной Богине города Аринны, госпоже страны Хатти, царице Неба и Земли. Здесь, конечно, есть аллюзия и Инанны, и Астарты. Этот текст я привожу в переводе Вячеслава Всеволодовича Иванова.
    Изображения на Западной Башне святилища в Аладжа-Хююке (Аринне?) XIII в. до Р.Х.
    «О, Богиня Солнца города Аринны, царица всех стран! В стране Хатти Тебя зовут именем Богини Солнца города Аринны. Но в той стране, которую Ты сделала землей кедров, Тебя зовут именем Хебат».
    То есть в той земле, на которую мы пришли, где живут семитические народы, там Тебя зовут Хебат.
    Богиня Аринны. XIV-XIII вв. до Р.Х. Нью-Йорк. Музей Метрополитен.
    1989.281.12

    «Я, Пудухеппа (молитва от имени женщины, царицы), издавна Твоя служанка, я телка из Твоего коровника, я камень в основании Твоего храма! Ты, госпожа моя, воспитала меня, а Хаттусилис, Твой слуга, за которого Ты меня выдала замуж, был предан Богу Грозы города Нерика, твоему любимому сыну».
    То есть Бог Грозы - любимый сын Аринны.

    «Место, которое Ты, Богиня Солнца города Аринны, моя госпожа, определила для нас, было святилище Бога Грозы города Нерика, Твоего любимого сына. Ты знаешь, Богиня Солнца города Аринны, моя госпожа, что прежние цари пренебрегали этим святилищем. Прежние цари допустили опустошение тех земель, которые Ты, Богиня Солнца города Аринны, моя госпожа, дала им».
    Тема разрушенного святилища, которое надо восстановить в точности таким, каким оно было прежде, очень распространена у хеттов. Почему? Большой вопрос.
    «… Когда Хаттусилис был царем только в области города Нерика и в области города Хакписса, он сам и его пешие воины сражались, пока Муваталлис вел войну с Египтом.
    Но когда Муваталлис, Твой слуга, стал богом (то есть умер), Хаттусилис взял Урхитессупа (Урхи-Тешуб), сына Муваталлиса, и сделал его царем. Ты знаешь, моя госпожа, Солнечная Богиня города Аринны, как Урхитессуп ограничил власть Хаттусилиса городом Нерик. Ты знаешь, Солнечная Богиня города Аринны, моя госпожа, как Урхитессуп изводил моего господина и как он собрал всех военачальников: "Пошли! Идем на Нерик!"
    Этот человек не боялся тогда разорения и запустения Нерика: "Пусть будет смерть в Нерике! Пусть Нерик будет опять в запустении!"
    Обратите внимание, что Муваталлис посадил на престол в Хаттусе сына усопшего Хаттусилиса, а тот решил с ним свести счеты. То есть великая несправедливость!
    «… Так, как подобает совершать очистительные жертвоприношения, так, как вы, боги, хотите, чтобы вам поклонялись, так, как подобает присутствовать на ваших праздниках, мы и будем совершать очистительные жертвоприношения, мы и будем поклоняться вам, боги, мы будем присутствовать на обрядах и праздниках, что вам положены, боги. А те ваши праздники, боги, которыми было пренебрегали, те старые праздники ежегодные и ежемесячные, их для вас будут праздновать, о боги! Вашими праздниками, о боги, никогда впредь не пренебрегут! Все дни наши мы, ваш слуга Хаттусилис и ваша служанка Пудухеппа, будут поклоняться вам!»
    Вы видите особый тон, если угодно, диалога между человеком и Богом. Да, человек ниже богов, но он их соратник, он их служитель, он их воин, он их священник. И поэтому отношения между ними – это не отношения, скажем, праха земного и Солнца, а отношения меньшего и большего, но пребывающих в некоем единстве. Это, опять же, специфика индоарийской традиции, которую мы потом встретим много раз. Я продолжу чтение этой молитвы. Это странная молитва, молитва-рассказ. Но во многих традициях есть такие молитвы.
    «Вот о чем я, Пудухеппа, Твоя служанка, молюсь перед Тобой, о Солнечная Богиня города Аринны, моя госпожа, хозяйка земель страны Хатти, царица Неба и Земли! Солнечная Богиня города Аринны, моя госпожа, смилостивься надо мной, услышь меня! Люди говорят: "Божество исполняет желание женщины, когда она мучается при родах". А я, Пудухеппа, женщина, мучаюсь при родах, и я посвятила себя Твоему сыну, так смилуйся надо мной, Солнечная Богиня города Аринны, моя госпожа! Исполни то, о чем я прошу! Подари жизнь Хаттусилису, Твоему слуге! Пусть долгие дни и годы ему дадут Богини Судьбы и Богиня-Мать. Ты же, высокое божество, среди богов выше других, и все боги Тебя слушают, и никто не обратится к Тебе безответно.
    В собрании всех богов попроси у них жизнь Хаттусилису! Пусть Твою просьбу встретят благоприятно. Ты же, Богиня Солнца города Аринны, моя госпожа, показала мне Свою милость, а добро страны и всей земли нашей близко Твоему сердцу, мы всей моей семьей будем Тебя чтить и Тебе поклоняться. Я хочу смягчить Твою душу, Богиня Солнца города Аринны, моя госпожа, услышь же то, о чем я Тебе молюсь сегодня! Сделай же то, о чем я прошу! Пусть боги не отвергнут мольбы моей! …»
    Вот она, личная молитва царицы. Она когда-то мучилась родами, когда рожала, видимо, Хаттусилиса или каких-то его братьев и сестер. Теперь же именно как та, кто пережила родовые муки, обращается к богине Аринны.
    А теперь давайте послушаем еще один гимн. Это гимн уже известному вам Телепинусу, таинственному богу, связанному с пчелой, с укусом пчелы. Гимн обращен к Телепинусу как к единственному и высшему Богу, Богу богов.
    «Ты, Телепинус, Бог прославленный! Имя Твое славно среди имен. Твое водительство славно среди богов, о Телепинус! Велик Ты, о Телепинус, нет иного божества, более славного и мощного, чем Ты. Ты господин справедливого суда, надзираешь ты за царственностью на небе и на земле. Ты устанавливаешь пределы земель. Ты, о Телепинус, милостивый Бог, Ты всегда являешь милосердие Свое. Боголюбивые люди угодны Тебе, о Телепинус, и Ты возносишь их. И на небе, и на земле Ты, Телепинус, изливаешь свет. По всем землям прославляем Ты, о Телепинус. Для любой земли Ты и отец, Ты и мать. Ты – вдохновенный источник судебного решения. Ты неутомим в месте судебном. Среди Старых Богов Ты прославлен. Ты предписываешь богам правила жизни, Старым Богам Ты, о Телепинус, даешь их долю жертв. Для Тебя отверзают они дверь небесную. Тебе, прославленный Телепинус, позволено пройти во врата Неба».
    Вы видите, что идея восхождения в небо, столь важная для этого «потерявшегося» Бога, Телепинуса, очень красиво звучит.
    «Боги Неба послушны Тебе, о Телепинус!

    Боги земли послушны Тебе, о Телепинус!

    Когда глаголешь Ты к ним, о Телепинус, боги падают ниц пред Тобой.

    Для притесняемого, для сироты и вдовы – Ты отец и мать. Дело сироты и притесняемого Ты, Телепинус, принимаешь в Свое сердце».
    То есть Ты славен тем, что Ты судишь. Ты славен тем, что Ты заботишься о слабых и больных, нищих, сиротах и вдовах. Вот образ Бога-Защитника.
    Интересна молитва Кантузилиса в страданиях. Маленький кусочек этой молитвы мы уже приводили, но не говорили, чья она. Кантузилис – это не царь. Он какой-то вельможа, возможно, царский родич. Но он, видимо, впал в какую-то тяжкую болезнь. Послушайте фрагмент этой большой молитвы.
    «О мой Бог, с момента рождения моего матерью моей, ты, Бог мой, воспитывал меня. Ты, Бог мой, убежище мое и канат мой. Ты, мой Бог, сводишь меня с добрыми людьми, Ты, о Бог мой, показываешь мне, как поступать мне во времена горестей. Ты, о Бог мой, называешь меня, Кантузилиса, Твоим любимым слугой… Даже когда я был благополучен, я всегда склонялся пред высшей властью мудрости моего Бога. Никогда я не клялся именем Твоим, о Боже, а потом не исполнял обетов моих. То, что посвящено для Бога моего и потому не может быть мною употреблено в пищу, я никогда не вкушал. Никогда я не допускал нечистоты для тела моего…»
    Дальше идет удивительный философский фрагмент:

    «Жизнь связана узами со смертью, а смерть связана узами с жизнью. Не может человек жить вечно. Исчислены дни жизни его. Если бы вечной была жизнь человека, его бы не беспокоили и тяжкие болезни».
    То есть, если бы жизнь была вечной, человек даже в болезни не волновался, он знал бы, что живет вечно. А так он умирает.
    «Но да откроет мой Бог сердце свое и душу свою мне и укажет мне прегрешение мое, дабы я знал его. Или да глаголет ко мне Бог мой в сновидении моем… Ты, о Бог мой, мне мать и отец, и нет кроме Тебя, о Боже, у меня ни отца, ни матери…»
    Разумеется, у Кантузилиса были когда-то и папа, и мама. Но очень важно, что Бог поглощает все – и отечество, и материнство. И, видимо, и отец, и мать его давно в Боге. Но самое главное, что Бог - вечный Отец и вечная Мать.
    7. Хеттские законы и их специфика

    И, наконец, скажу несколько слов о законах. Сохранились кодексы законов Хатти. Они интересны тем, что в них практически нет смертной казни. Даже за такие преступления, как убийство и членовреждение, полагались лишь штрафы серебром или землей. Могли быть довольно большие земельные штрафы.
    Если вы вспомните Русскую Правду, то там тоже нет смертной казни, но есть штрафы. Но эти штрафы в основном идут в княжескую казну. То есть это корыстные штрафы, это штрафы ради того, чтобы власти нажиться. Часто в пользу князя шло три четверти штрафа, а в пользу потерпевшего - только одна четверть. Здесь же совсем иное.
    Цари Хатти говорят, что раньше половину штрафа они брали себе, а половину давали потерпевшему. Но они отказались от своей половины штрафа. И поэтому теперь надо уплачивать только половину штрафа и уплачивать её надо только потерпевшему. То есть мы видим здесь намного большую заботу о людях.
    Кроме того, есть такие совершено неожиданные вещи, которых я нигде не встречал, даже в Месопотамии. Такие, я бы сказал, житейские, но очень жесткие требования, потому что нарушение законов каралось жестко. Нарушение законов могло вызвать и смертную казнь, потому что это было ослушание власти. И закон требовал, чтобы, кроме выплаты большого штрафа, тело убитого было доставлено убийцей к месту погребения и, видимо, было погребено за его счет.
    Если некий человек причинил другому увечье, он должен заплатить штраф и должен ухаживать за увечным, пока тот не выздоровеет, а если он будет больным до конца жизни, то должен ухаживать пожизненно. Или же он должен купить рабов и дать этому человеку рабов, которые будут помогать ему жить. То есть, в общем, такие разумные гуманные формы компенсации преступления.
    Когда я изучал хеттские законы, меня поразили некоторые нормы. Кстати говоря, русский перевод законов Хатти вы можете найти в Хрестоматии по истории Древнего Востока, в первом томе (М.: Высшая Школа, 1980. С. 271-291). Например, довольно большой штраф полагался за откушенный нос — 30 мин серебра. За порванное ухо — 12. Интересная оговорка: если ты вторично засеял поле, которое до тебя засеял другой (то ли таким образом захватывается поле, то ли нарушается воля человека – это не совсем понятное место), то раньше тебе за это полагалась смерть, причем смерть жестокая — по человеческой шее проходил плуг, запряженный волами. Но теперь этого не будет, теперь будет выкуп — статьи 166-167. Но если кто-нибудь воспротивится решению царя, то его дом должен быть разрушен до основания (173 статья).
    Если кто-либо воспротивится решению сановника, то ему должно отрезать голову. Если раб восстанет на своего хозяина, если он будет насильничать над хозяином — рабы имели право подавать жалобы, но восстание на хозяина каралось, - то он должен (удивительное выражение!) «пойти в горшок». Вы помните, что на Переднем Востоке хоронили в больших сосудах, и вот, значит, он должен, как мы бы сказали, «пойти в гроб», «сыграть в ящик».
    Как я уже говорил, смертью карается все, что имеет отношение к скотоложеству (перечисляются все виды возможных домашних животных) и кровосмешению. Очень подробно описывается, что такое кровосмешение и какие формы отношений родственников являются кровосмесительными — за это полагается смертная казнь. Это называется - «тягостное преступление». Но, как я уже говорил, особое отношение было к кровосмешению с конем или с мулом – это не являлось преступлением, об этом прямо говорит 200-я статья.
    Царь во всех случаях имеет право помилования. Обвиненный в скотоложстве должен встать в воротах дворца и ничего не просить. Надо встать рядом с тем, кто тебя осудил, но самому нельзя ни о чём просить. Скотоложец вообще не имеет права говорить царю, настолько он осквернен. Но царь, увидев и узнав в чем дело, может его помиловать.
    То же самое и с кровосмешением. Тут мы видим древнюю традицию, тоже интересную - нужно встать перед колесом. Не объясняется, перед каким колесом, но колесо - это знак солнца. То есть надо не просить о помиловании, а просто встать перед символом Солнца, и царь поймет, о чем идет речь, и он может помиловать этого человека, виновного в кровосмешении, а может и не помиловать. Функция царя - это функция высшего дарителя милости.
    Изображение Шамаша, восседающего в Эбаббаре, и солнечного «колеса» на алтаре. Табличка Шамаша. Нововавилонский период, IX в. до Р.Х. Британский Музей, 91000
    Солярные символы раннего бронзового века из Аладжа-Хююка. Анкара. Музей анатолийских цивилизаций
    Итак, мы познакомились с религией хеттов, и я не знаю, как вам, но мне был ясно ощутим, её своеобразный дух. Конечно, в хеттской традиции есть много общего с религиями Переднего Востока, с Египтом, но очень много и своего, своеобразного. Хетты любили образ Бога с крыльями, Который дарует правду, дарует честный суд, дарует милость, дарует очищение, и это, я думаю, характерный символ хеттской религии.
    Лидийский царь Крёз на погребальном костре. Античная амфора.
    500-490 гг. до Р.Х. Париж. Лувр. G 197

    Хеттская цивилизация исчезла. Как я уже говорил, её отголоски дошли до нас в Библии. И мы видим, что хетты были далеко не простые люди. Это были люди со своей традицией, со своей глубиной. И, в какой-то степени, хеттская цивилизация продолжала жить в цивилизациях I тысячелетия до Р.Х. в Малой Азии, особенно в цивилизации Лидии. О лидийском царе Крёзе все слышали. Мы не будем говорить о религии Лидии - о ней нам известно очень мало. Но находки в удивительных библиотеках Хаттусы довольно полно открыли нам мир древнейшего индоевропейского народа, фактически – доведический мир далеких предков большинства современных народов Европы, в том числе, и славян.