НОВЫЙ КУРС ЛЕКЦИЙ ПО ИСТОРИИ РЕЛИГИЙ
Модуль 7. РЕЛИГИЯ ДРЕВНЕГО РИМА
лекция 90
Религия Рима эпохи Империи


аудиозапись лекции


видеозапись лекции
содержание
  1. Религиозные процессы, сопутствующие превращению Рима в мировую Империю
  2. Обожествление императора и культ Рима
  3. Культ Единого солнечного Бога
  4. Магия и суеверия в «народной» религии
  5. Культ императора
  6. Квазивосточные культы в Риме: Культ Кибелы
  7. Квазивосточные культы в Риме: Культ Исиды
  8. Квазивосточные культы в Риме: Митраизм
  9. Квазивосточные культы в Риме: Культы Сабазия и Юпитера Долихенского
    источники
    1. Апулей. Апология. Метаморфозы. Флориды / Отв. ред. М.Е. Грабарь-Пассек. М.: АН СССР, 1960.
    2. Гай Валерий Катулл Веронский. Книга стихотворений. (Литературные памятники). М.: Наука, 1986.
    3. Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. М.: Наука, 1993.
    4. Гай Юлий Цезарь. Записки о Галльской войне (http://ancientrome.ru/antlitr/caesar/index.htm)
    5. Тит Ливий. История Рима от основания города (http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1364000100).
    6. Тит Лукреций Кар. О природе вещей (https://nsu.ru/classics/bibliotheca/lucretius.htm#%D0%9A%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B0_2 )
    7. Интернет-ресурс: http://ancientrome.ru/

    список рекомендованной литературы
    1. Л.А. Андреева. Сакрализация власти в истории христианской цивилизации: Латинский Запад и православный Восток. М.: Ладомир, 2007.

    2. М.М. Варинова, Е.А. Гуськов. Характер Императорского культа при Веспасиане // Вестник Саратовского Государственного технического университета. Т. 3. № 1 (76) (2014). С. 154-158.

    3. А.Б. Егоров. Рим: От Республики к Империи. СПб.: Наука, 2017.

    4. В. М. Зубарь, О. Я. Савеля. Новые эпиграфические памятники из римского храма в окрестностях Херсонеса Таврического // Вестник древней истории, 1999, № 2.

    5. И.С. Свенцицкая. Полис и империя: эволюция императорского культа и роль «возрастных союзов» в городах малоазийских провинций I-II вв. // ВДИ. 1981. №4. С. 35.

    6. И.С. Свенцицкая. Культ императора в Римской державе: от персонального обожествления к формальному культу носителя власти // Сакрализация власти в истории цивилизаций / РАН. Центр цивилизационных и региональных исследований. М., 2005. С. 236-254.

    7. Л.В. Тарасова. Императорский культ в правление династии Флавиев (69-96 гг.) // Научные ведомости Белгородского Государственного университета. Серия: История, Политология. № 1 (56) (2009). С. 24-28.

    8. R.L. Beck. The Seat of Mithras at the Equienoxes // Journal of Mithraic Studies, 1 (1976), pp. 95-98.

    9. R.L. Beck. The Rock-Cut Mithraea of Arupium (Dalmatia) // Phoenix 38 (1984), pp. 356-371.

    10. R.L. Beck. The Mysteries of Mithras: A New Account of Their Genesis // The Journal of Roman Studies, 1998, Vol. 88 (1998), pp. 115-128.

    11. R.L. Beck. Ritual, Myth, Doctrine, and Initiation in the Mysteries of Mithras: New Evidence from a Cult Vessel // The Journal of Roman Studies, 2000, Vol. 90 (2000), pp. 145-180.

    12. R.L. Beck. The Religion of the Mithras Cult in the Roman Empire: Mysteries of the Unconquered Sun. Oxford: Oxford University Press, 2006.

    13. R.L. Beck. If So, How? Representing "Coming Back to Life" in the Mysteries of Mithras // Coming Back to Life: The Permeability of Past and Present, Mortality and Immortality, Death and Life in the Ancient Mediterranean. Ed. by F.S. Tappenden and C. Daniel-Hughes. McGill University Library and Archives, 2017. Pp. 129-151.

    14. H.D. Betz. The Mithras Inscriptions of Santa Prisca and the New Testament // Novum Testamentum , Jan., 1968, Vol. 10, Fasc. 1 (Jan., 1968), pp. 62-80.

    15. H.D. Betz. The "Mithras-Liturgy": Text, Translation, and Commentary. Tübingen, Germany, 2003.

    16. J.N. Bremmer. Initiation into the Mysteries of the Ancient World. Berlin: Walter de Gruyter, 2014.

    17. B. F. Cook. The Goddess Cybele: A Bronze in New York // Archaeology, OCTOBER 1966, Vol. 19, No. 4 (OCTOBER 1966), pp. 251-257.

    18. B. Guy. The Storm-God in Northern Syria and Southern Anatolia from Hadad of Aleppo to Iupiter Dolichenus // M. Hutter, S. Hutter-Braunsar (eds.). Offizielle Religion, lokale Kulte und individuelle Religiosität, Alter Orient und Altes Testament 318. Münster: Ugarit, 2004, pp. 57–82.

    19. J. Glenn. The Yoke of Attis // Classical Philology, Jan., 1973, Vol. 68, No. 1 (Jan., 1973), pp. 59-61.

    20. R.L. Gordon. The Sacred Geography of a Mithraeum: The Example of Sette Sfere // Journal of Mithraic Studies 1 (1976), pp. 119-165.

    21. I. Gradel. Emperor Worship and Roman Religion. Oxford: Clarendon Press, 2002.

    22. A. De Jong. Тraditions of the Magi: Zoroastrianism in Greek and Latin Literature. Religions in the Graeco-Roman World 133. Leiden, 1997.

    23. G. Dobesch. Caesars Apotheose zu Lebzeiten und sein Ringen um den Königstitel; Untersuchungen über Caesars Alleinherrschaft. Vienna: Östrereichisches Archäologisches Institut, 1966.

    24. P.F. Dorcey. The Cult of Silvanus: A Study in Roman Folk Religion. Leiden: Brill, 1992.

    25. Dvornik F. Early Christian and Byzantine Political Philosophy: Origins and Background: 2 Vols. Washington: Dumbarton Oaks Center for Byzantine Studies, 1966.

    26. J.R. Fears. The Cult of Jupiter and Roman Imperial Ideology // Aufstieg und Niedergang der römischen Welt. Berlin; New York, 1981. T. II. Bd. 17. P. 3-141.

    27. J. Fejfer. Divus Caracalla and Diva Julia Domna: A Note // Acta Hyperborea, 4 (1992), pp. 207–19.

    28. R. Fellmann. Der Sabazios-Kult // M.J. Vermaseren (ed.). Die orientalischen Religionen an Römerreich. Leiden, 1981.

    29. D. Fishwick. The Imperial Cult in the Latin West: Studies in the Ruler Cult of the Western Provinces of the Roman Empire. 1, 1–2. (Études préliminaires aux religions orientales dans l'empire romain CVIII). Leiden: Brill, 1987.

    30. D. Fishwick. Prudentius and the Cult of Divus Augustus // Historia, 39 (1990), pp. 475–486.

    31. D. Fishwick. On the Temple of Divus Augustus // Phoenix, 46, 3 (1992), pp. 232–255.

    32. D. Fishwick. The Inscription of Mamia again: The Cult of the Genius Augusti and the Temple of the Imperial Cult on the Forum of Pompeii // Epigraphica, 57 (1995), pp. 17–38.

    33. H. Hänlein-Schäfer. Veneratio Augusti. Eine Studie zu den Tempeln des ersten römischen Kaisers (Archaeologica xxxix). Rome: G. Bretschneider, 1985.

    34. M. Hörig, E. Schwertheim. Corpus cultus Iovis Dolicheni, EPRO 106, Leiden: Brill, 1987.

    35. D. Kienast. Augustus: Prinzeps und Monarch. Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 1982.

    36. E.N. Lane. Corpus Cultus Iovis Sabazii (CCIS), III: Conclusions. (Études Préliminaires aux Religions Orientates dans l'Empire Romain, 100.3.). Leiden, New York, Copenhagen and Cologne: Brill, 1989.

    37. B.B. Libby. Moons, Smoke, and Mirrors in Apuleius' Portrayal of Isis // The American Journal of Philology, SUMMER 2011, Vol. 132, No. 2 (SUMMER 2011), pp. 301-322.

    38. D. Lowe. Sabazius in the Aeneid (7.341-60) // Vergilius (1959-), 2012, Vol. 58 (2012), pp. 81-91.

    39. R. McKay Wilhelm. Cybele: The Great Mother of Augustan Order // Vergilius (1959-), 1988, Vol. 34 (1988), pp. 77-101.

    40. P. Merlat. Jupiter Dolichenus, Serapis et Isis // Revue Archéologique, 27 (1947), pp. 10–31.

    41. P. Merlat. Répertoire des inscriptions et monuments figurés du culte de Jupiter Dolichenus, Paris: Guenther, 1951.

    42. A. Momigliano. Roman Religion: Imperial period // Encyclopedia of Religion. Second edition. New York: Macmillan, 2005. Vol. 12. Pp. 7911-7925.

    43. F. W. Norris. Isis, Sarapis and Demeter in Antioch of Syria // The Harvard Theological Review, Apr., 1982, Vol. 75, No. 2 (Apr., 1982), pp. 189- 207.

    44. R.E.A. Palmer. Roman Religion and Roman Empire: Five Essays. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 1974.

    45. S.R.F. Price. Rituals and Power: the Roman Imperial Cult in Asia Minor. Cambridge: University Press, 1984.

    46. S.R.F. Price. The Consecration of Roman Emperors // S.R.F. Price, D. Cannadine (eds.). Rituals of Royalty: Power and Ceremonial in Traditional Societies. Cambridge University Press, 1987. Pp. 56–105.

    47. I. Roll. The mysteries of Mithras in the Roman Orient: the Problem of Origin // Journal of Mithraic Studies 2 (1977), pp. 18-52.

    48. C. J. Simpson. The Cult of the Emperor Gaius // Latomus, 40 (1981), pp. 489–511.

    49. M. Speidel. The Religion of Jupiter Dolichenus in the Roman Army. Leiden: Brill, 1978.

    50. C. H. V. Sutherland. Divus Augustus Pater: A Study in the Aes Coinage of Tiberius // NC, 6th series, 1 (1941), pp. 97–116.

    51. I. Tóth. The Destruction of the Sanctuaries of Iuppiter Dolichenus at the Rhine and in the Danube Region // Acta Archaeologica Academiae Scientiarum Hungaricae, 25 (1973), pp. 109–116.

    52. R. Turcan. Mithras Platonicus. Recherches sur l'hellénisation philosophique de Mithra. Leiden: Brill, 1975.

    53. R. Turcan. The Cults of the Roman Empire. Oxford, Cambridge, Mass.: Blackwell, 1996.

    54. D. Ulansey. The Mithraic Mysteries // Scientific American, Vol. 261, No. 6 (DECEMBER 1989), pp. 130-135.

    55. M.J. Vermaseren. The Miraculous Birth of Mithras // Mnemosyne, 1951, Fourth Series, Vol. 4, Fasc. 3/4 (1951), pp. 285-301.

    56. M.J. Vermaseren. Corpus Inscriptionum et Monumentorum Religionis Mithriacae. 2 vols. The Hague: Nijhoff, 1956-1960.

    57. M.J. Vermaseren, J. Maarten, and C.C. Van Essen. The Excavations in the Mithraeum of the Church of S. Prisca in Rome. Leiden, 1965.

    58. M.J. Vermaseren, J. Maarten. Mithriaca I: The Mithraeum at S. Maria Capua Vetere. Études préliminaires, 16.1. Leiden, Netherlands, 1971.

    59. M.J. Vermaseren. Cybele and Attis. London, 1977.

    60. M .J. Vermaseren. Corpus Cultus Iovis Sabazii. Leiden, 1983.

    61. A. Zissos (ed.). A Companion to the Flavian age of Imperial Rome. Oxford (UK): Wiley Blackwell, 2016.


    стенограмма лекции
    1. Религиозные процессы, сопутствующие превращению Рима в мировую Империю

    Дорогие друзья, процесс трансформации Рима из регионального государства в мировое, происходивший во II-I веках до Р.Х., в религиозной сфере уловить довольно трудно. Об этом пишет Арнальдо Момильяно (A. Momigliano), автор статьи "Roman Religion: Imperial period" в Энциклопедии религии (Encyclopedia of Religion. Second edition. New York: Macmillan, 2005. Vol. 12. P. 7911-7925). И важно заметить, что речь идет не о появлении какой-то другой религии, потому что вся старая, изученная нами, религиозная традиция республиканского Рима сохраняется. Однако в ней есть два важных отличительных момента.
    Во-первых, Рим становится вселенским государством и принимает в себя массу религиозных традиций. Второе - это то, что возникает как бы рынок религий. Люди уже выбирают сами свою частную религию. Есть государственная религия, а есть частные культы, которые никто никому не мешает исполнять и в которых человек сам ищет решение тех религиозных задач, которые он перед собой ставит. Вот в этом котле религий большие возможности открывались и перед христианством – разумеется, при всех сложностях.
    Кроме того, не надо забывать, что в это время утверждается убеждение, что успехи Рима происходят из-за почтения к божествам других народов. Нужно не растоптать, не унизить, не превратить в ничто веру завоеванных народов, а, наоборот, проявить почтение к их религиям, дать им возможность развиваться, оказывать им государственную поддержку, переносить какие-то элементы культа из далеких провинций в Рим или, по крайней мере, от имени императора давать деньги на храмы, на статуи, на жертвоприношения во многих частях империи. Тайна успеха Рима, как утверждают сами римляне, в том, что Рим не борется с верованиями покоренных народов, а уважает и поддерживает их. Антиковед Роберт Шерк (профессор университета Буффало) собрал обширный материал на эту тему (Robert K.Sherk, Roman Documents from the Greek East: Senatus Consulta and Epistolae to the Age of Augustus. John Hopkins university press, 1969, - pp. 214–216).
    Кроме того, надо иметь в виду, что, когда Рим стал такой вселенской системой, всемирной Империей, он очень чётко религиозно разделился на две части. Высокоразвитые цивилизации Востока - Египет, Малая Азия, Сирия и даже Греция во многом подчинили себе культуру Рима. Рим стал мыслить по-гречески с очень большим элементом восточных традиций, что мы очень хорошо видим в «Метаморфозах» Апулея, да и почти у всех римских поэтов.
    С другой стороны, западные провинции Римской империи, которые были развиты намного хуже, чем не только Восток, но и сам Рим, копировали в основном не Восток, а саму римскую традицию. К западу от Италии, к западу от Египта - от Африки до Британии и Галлии распространялась латинская традиция, латинский язык, и элементы латинской религии, римской религии входили в местные религиозные традиции. А сама Италия, сам Рим всё больше и больше эллинизировались и ориентализировались.
    Сами римляне осуждали многие западные традиции, особенно связанные с человеческими жертвоприношениями, которые были повсеместно распространены и у германских племён, и у галлов, кельтов, и в Британии, и пытались бороться с ними. Но в целом религиозная система Запада, облагороженная латинскими принципами, сохранялась.
    Уже Юлий Цезарь в своих «Записках о Галльской войне» [6:17] соединяет галльских богов с римскими богами, а не с греческими. Он даёт им римские имена и пишет, что наиболее почитаемым богом у галлов является Меркурий. Таким образом, на Западе Рим - доминирующая культурная сила, и до сих пор мы видим, что западная часть бывшей Римской Империи, то есть нынешняя Западная Европа, - это, в основном, мир латинского языка и римского права. А Восток другой. И сам Рим становится не столько латинским, сколько эллинским. Этот момент мы должны помнить.
    Был и объединяющий момент, который связан с определённым ритуалом верности Римскому государству. Этот ритуал верности Римскому государству и Римскому императору справлялся в определённый день, 3 января. Новый год справлялся в марте, но 3 января всей Империей, от востока до крайнего запада, отмечался день Римского государства. Это то, что объединяло Империю как религиозное целое. Чуть позже я попробую объяснить смысл этого религиозного целого.
    Кроме того, мы должны понимать, что Римское государство и в религиозном плане было многослойным. Наиболее похожими на Рим были римские колонии, жители которых были ветеранами армии, то есть солдатами и офицерами, римскими гражданами, которые вышли в отставку по возрасту или по ранениям, по болезням, и остались в тех или иных колониях от Британии и Испании до Сирии, Чёрного моря, Дуная. Но в этих колониях было немало и римской бедноты, тех, кого уже не мог прокормить город Рим. Это были римские граждане, которых, разумеется, с их согласия, вывозили в те или иные колонии, где они могли начать жизнь земледельцев, ремесленников.
    Римская колония - это, фактически, филиал города Рима в любой части Римской империи, которая живёт по законам города Рима и, естественно, в религиозных принципах города Рима. Колония находится в привилегированном положении. Римские граждане - это граждане первого сорта. Вы помните, как апостол Павел защищает себя от телесных наказаний напоминанием о том, что он римский гражданин, а его собираются бичевать, да ещё и без суда [Деян. 22:24-29]. И тысяченачальник, то есть полковник, испугался и не стал бичевать апостола Павла, хотя Павел был совсем не римлянин, а иудей, но он был римским гражданином из города Тарса.
    В колониях римский стиль религиозной жизни воплощался в том, что в каждом городе был свой Капитолий, свои авгуры, свои понтифики, свои религиозные игры (луди) – всё, как в большом Риме.
    Храм Юпитера Анксурского в Террачине (Италия) на вершине горы Монте-Сант-Анджело. I в. до Р.Х.
    Вторым явлением Рима в Империи был военный лагерь. По всей Империи были разбросаны лагеря легионов - большие военные лагеря, где стационарно многие десятилетия стояла часть Римской армии, которую только в случае большой войны передислоцировали к тому или иному фронту. И в военном лагере, - а это, естественно, целый город, - в центре также находилось здание, которое именовали Капитолием и где находились изображения Ромула и Рема, и богов Капитолийской Триады.
    Такой лагерь, датируемый 208 г. по Р.Х., со своим Капитолием археологи раскопали в городе Ален на Швабском Альбе, в нынешнем Баден-Вюртемберге. В этих военных лагерях все легионеры должны были быть римскими гражданами. Но и все вспомогательные войска, которые состояли не из граждан, тоже отмечали римские праздники - Весталии, Нептуналии, празднование Капитолийской триаде, 3 января и дня рождения императора как Отца римского народа.
    Следующим после колоний и военных лагерей уровнем были муниципии, жившие по латинскому праву, которое было у союзников Рима в Италии. У них были свои религиозные праздники, традиции, объекты почитания, но постепенно распространяются римские религиозные обычаи – гаруспиции, авгуры, понтифики. Со II века по Р.Х. и тут начинают возводить Капитолии. Так гражданская религия Рима распространяется по всей Империи.
    С другой стороны, сами римские военачальники, а, позднее, и императоры заимствуют те или иные культы в благодарность за победы. Они считают, что их военные успехи дарованы тем или иным богом, и, хотя богов много, они знают, каким именно. Для одних это родовой бог, для других же это почему-то ему открывшийся бог, как когда-то Константину открылся Христос. Такое бывало часто, и успешный полководец внедрял то или иное божество в систему богопочитания Рима и Империи.
    Так, например, Луций Муммий Ахаик после триумфа над Ахайским союзом и сожжения Коринфа в 145 г. до Р.Х. (это была битва при Левкопетре) воздвиг храм Геркулесу победителю. Юлий Цезарь, как я вам уже говорил, воздвигал храмы Венере Победительнице (Venus Victrix), то есть своему родовому божеству, во всех колониях Римской империи. Август, считая, что в решающей морской битве при Акции, где он разгромил Антония в сентябре 31 года до Р.Х., ему помог Аполлон, почитает Аполлона богом-покровителем и своим, и Римской империи.
    Римский денарий с изображением Venus Victrix (реверс). На аверсе – бюст Луциллы, дочери Марка Аврелия. 164-169 гг. Британский музей. 1937,0607.29
    Статуя Аполлона из храма Аполлона в Помпеях
    2. Обожествление императора и культ Рима

    Мы с вами уже встречались с Августом. Он был человеком лицемерным и в своей жизни позволял себе очень много такого, что осудили бы боги, как о нём говорили в народе. Но формально он был восстановителем благочестия. Так же, как у нас любят говорить о «лихих 90-х», чтобы оправдать нынешнее время, так и в Риме говорили об эпохе Гражданских войн как о Мрачном времени, продолжавшемся от братьев Гракхов до Юлия Цезаря.
    Портрет Августа. Анкона, Национальный археологический музей Марке. Инв. № 1
    Эжен Гийом. Скульптура «Братья Гракхи» (1853 или 1847—1848). Париж. Музей Орсе
    И вот эта лихая эпоха было преодолено Августом. Но это преодоление произошло не в экономической области, хотя и там тоже (мир-то действительно был восстановлен), а это восстановление произошло в сфере восстановления благочестия, реконструкции религиозных торжеств Древнего Рима. Я уже рассказывал, что восстановление Арвальского братства и Телистерний было именно при Августе. И целая плеяда поэтов - среди которых Овидий и Гораций - восстанавливали благочестие, восстанавливали религиозное знание, приучали народ снова, после эпохи Смуты, к благочестивому отношению к богам.
    В 27 году до Р.Х. Октавиан принимает прозвание Август. По всей видимости, это прозвание означало, что он всегда имеет благоприятные знамения от богов и всегда находится под покровительством богов. В 12 году до Р.Х. Август становится Понтификом Максимусом, и с этого времени высший жреческий титул Рима навсегда соединяется с императорами, как когда-то в давние времена он соединялся с царями. Август проводит обожествление Цезаря и после этого он сам, являясь приёмным сыном Цезаря, становится Сыном бога (divus). Он рожден богом, и поэтому он divus – это для него приемлемый титул.
    В древности и в Риме, и на Востоке было важно не генетическое родство, отцом считался не тот, кто тебя зачал физически, а тот, кто является твоим воспитателем и твоим юридическим отцом, то есть отцом по документам. И Иисус потому был Сыном Давидовым, что его отцом, хотя и не «биологически», был Иосиф, чей род восходил к Давиду. Так же точно и Август считается божественным, в первую очередь, потому, что его отцом является божественный Юлий, которого он сам объявил божественным. Высшая власть и священное впервые с царского времени соединились в Риме воедино. Правитель стал священной фигурой.
    Римский денарий с изображением головы Юлия Цезаря на реверсе. Аверс – голова Марка Антония. 43 г. до Р.Х. Британский музей. R.9124
    Храм Божественного Юлия. Рим, Римский Форум
    Сам Август после смерти был официально обожествлён (apotheosis) решением Сената. Apotheosis - это обожествление, и это высшее решение относительно умершего правителя. Когда говорят «божественный Август», то имеется в виду, что над ним был совершен обряд апотеозиса. Не над всеми императорами он совершался. Следующие за Августом императоры - Тиберий, Калигула и Нерон не были обожествлены, сам же Август построил на Палатине храм Марса Ультора, то есть Марса Мстителя - Мстителя убийцам Цезаря. Убийцы Цезаря, как вы знаете, погибли или покончили самоубийством после сражения при Филиппах, потому что, по преданию, против них был сам бог Марс. Основатели Рима - Ромул и Рем - считались детьми Марса. Поэтому Марс и отомстил убийцам Цезаря.
    Камея с изображением головы императора Тиберия. 14 - 37 гг.
    Бостон. Музей изящных искусств. Инв. № 98.757

    Камея с изображением императора Нерона. I в.
    СПб. Государственный Эрмитаж. Инв. № Ж 260

    Храм Марса Ультора на форуме Августа
    Только тот император, который не совершал каких-то дурных действий, мог иметь в себе нечто божественное. То есть богом после смерти мог быть далеко не любой император. Скажем, Веспасиан был обожествлён, и его старший сын Тит был обожествлён, а его младший сын, который после Тита стал императором – Домициан - не был обожествлён, а считался жестоким тираном. Так что для Рима божественность – это не автоматическое свойство правителя. Лишь тот правитель, который соответствовал нравственным представлениям народа, мог рассчитывать на апотеозис после смерти.
    Римский денарий с изображением головы Домициана (аверс). На реверсе – Минерва с копьем и щитом и сова. 88 г. Британский музей. 1911,0414.16
    С эпохи Адриана был установлен особый культ Рима, соединённый с культом Венеры. Не забудем, что Рим на латыни (Roma) - это слово женского рода, и поэтому он был соединён с культом женского божества. Город Рим божественный, и он тоже считался объектом поклонения. Такова государственная религия, в которой мы сейчас выделим несколько важных моментов.
    Римский денарий с изображением Рима в образе богини. 128 г. до Р.Х. Британский музей. 2002,0102.935
    Важно подчеркнуть, что при космополитизме Империи, когда культ императора и Рима был принят от Евфрата до Шотландии, в Римском государстве упрочился и религиозный индивидуализм. Коллективная религия общины, характерная для Древнего Рима, оставалась в небольших сообществах. Но в таком гигантском мегаполисе, как Рим или как Александрия Египетская, такой общинной религии уже не было. Каждый исполнял официальные имперские культы, и, видимо, в какой-то степени верил в них, но в значительной степени он уже жил своей личной верой, искал свои пути религиозной жизни. Даже обожествление императора каждый мог понимать по-своему, и каждый интерпретировал на свой манер.
    Религия становится для культурных людей, скорее, религиозной философией, то есть индивидуальным поиском путей спасения, а для широких народных масс религия в значительной степени магизируется, и это - обратная сторона огромных империй с перемешанным населением. Традиция древней римской религии - do ut des (даю, чтобы дал), то есть люди приносят жертвоприношения богам, чтобы боги были благосклонны к римскому народу, - формально сохраняется, но фактически каждый ищет духовных благ для себя, ищет спасение через отождествление с определённой божественной сущностью.
    3. Культ единого солнечного Бога

    Во II и III веках в Риме предпринимается несколько попыток внедрить культ единого солнечного Бога. Потребность заменить многочисленные божества, многочисленные нуминозные сущности Единым Богом усиливаются, и этот солнечный Бог приходит с Востока. Он обычно ассоциируется с сирийскими Ваалами, то есть сирийскими Господами, с сирийским Богом с большой буквой. Мы узнаем, что Баалу из Долихе, которого римляне называют Юпитером Долихенским, пришедшему из Сирии, ставятся святилища в Городе на Авентине и Эсквилине и во многих провинциях.
    Руины храма Юпитера Долихенского в Поролиссуме в провинции Римская Дакия (совр. Румыния).
    II в.

    Баалу Гелиопольскому, исконным святилищем которого является Баальбек в Ливане, ставят святилище в Риме на Яникуле.

    Молодой император Гелиогабал, правивший в 218-222 годах, принадлежавший сирийскому аристократическому роду Вариев, был жрецом финикийского бога солнца Элагабала (то есть Эля-Баала), считавшегося покровителем города Эмессы. Это был Единый Бог. Гелиогабал пытался культ Ваала Эмесского перенести в Рим, и он перенёс священный чёрный камень, который был образом этого Бога. То есть не статуи, не человеческие изображения, но камень - аморфное изображение Незримого Бога. Но Гелиогабал был развратным и очень неглубоким, видимо, человеком, верящим магически, от своих предков получившим эту магическую веру в солнечного Бога, и поэтому эта новая вера была отвергнута Римом. Кстати говоря, он практиковал человеческие жертвоприношения, унижал Сенат и, в итоге, был убит.
    Римская монета с изображением увенчанной лаврами головы Элагабала (аверс). На реверсе - священный камень Зевса Касиоса в храме с орлом, звездой и полумесяцем. 218-222г.
    Британский музей. 1844,0425.213

    Аврелиан, победив Зинобию в 274 году (Зинобия – это царица Пальмиры Сирийской), на склоне Квиринальского холма, выстроил храм Невидимому солнечному Богу Эмессы, тому же Элагабалу , но вновь ничего не получилось. Этот культ не привился.
    4. Магия и суеверия в «народной» религии

    В своей «Естественной истории» Плиний Старший (22-79 по Р.Х.) рассказывает о том, что в его время персидская магия стала популярна в Римском государстве, и что это – не что иное, как умственное соединение медицины, религии и астрологии, идущее навстречу желаниям людей иметь здоровье, влиять на волю богов и знать свою судьбу [30.1-18]. По мнению Плиния, это - лживая система, которая происходит не от богов, а от людей. Магия - это испорченная религия, говорит Плиний.
    Среди творений Апулея есть так называемая «Апология» или «Речь в защиту себя самого от обвинения в магии» - это его реальная судебная речь. Апулея обвинили в том, что он околдовал Пудентиллу, свою будущую жену. Пудентилла - это богатая наследница, жившая в Северной Африке, и Апулей якобы разными приворотными зельями заставил ее себя полюбить, стал её мужем и, соответственно, получил её состояние. И вот те, кто желали добыть состояние Пудентиллы вместо Апулея, обвинили его в магии. Эта речь очень интересна, она большая, это целый трактат, и по ней видно, как широко была распространена магия в Римской империи и до каких тонкостей она доходила. Суть римской магии состояла в том, чтобы подчинить другую волю какими-то механическими средствами - частями каких-то рыб, отварами корней, заговорами. Апулей доказывает, что это чепуха, что все эти магические приемы – досужие выдумки, что его избранница Пудентилла действительно его полюбила, и их отношения - это искренние отношения.
    Конторниат (памятный медальон) IV—V веков с надписью "Апулей" (Apuleius). Используется в некоторых изданиях произведений Апулея как его возможный портрет
    Видимо, он добивается успеха в своём судебном процессе, но то, что этот судебный процесс идёт, и то, что разбираются, как в Средневековье в каком-нибудь «Молоте ведьм», все варианты колдовства, говорит о состоянии римского общества в I-II веках по Р.Х.
    И действительно от этого времени дошло огромное количество магических табличек на латинском и на греческом языках. Это, в первую очередь, проклятья и заклятья. То есть, видимо, человек писал некое заклятье на кого-то другого и прятал эту табличку, и она должна была работать дальше. То есть это не фигура речи – «я тебя проклинаю!», а настоящая попытка магического воздействия.
    В Египте в III-IV веках циркулирует множество греческих магических папирусов, распространяется практика толкования снов, составления гороскопов. Это, кстати говоря, было довольно опасным делом, потому что находились люди, которые не только толковали сны частных людей и составляли гороскопы для частных людей, что никого не волновало, но и составляли гороскопы для императоров, для каких-нибудь виднейших чиновников Империи и предсказывали им смерть, гибель, поражение в войне или толковали сны каких-то частных людей в том смысле, что скоро произойдет, скажем, смена власти. И это навлекало на толкователей и предсказателей очень серьёзные преследования.
    Египетский папирус христианского периода, содержащий магические
    любовные заклинания. VII в. Из коллекции Университета Маккуори в Сиднее

    Юрист и оратор Ульпиан (170-223 гг.) говорит о необходимости контролировать деятельность таких предсказателей. Астрологов и предсказателей часто изгоняли из Рима, и император Диоклетиан, известный своими гонениями на христиан, также запретил и астрологию, то есть предсказания будущего по звёздам.
    Предсказания о судьбе императора или вмешательство в жизнь граждан помимо их воли, когда предсказатели говорили человеку, скажем, о дне его смерти, хотя он об этом не просил, тем самым, запугивая его, влекли наказание, причем довольно суровое.
    Таким образом, мы видим, что магическое было очень распространено. Светлый образ Рима, и его гражданская религия в период максимального могущества в эпоху империи, разъедались магией и суевериями, и римляне, особенно образованные, знали, что это суеверия, смеялись над ними, но ничего с этим не могли поделать, поскольку большинство народа жило магией и чудесами. Так же, как, к сожалению, многие христиане видят в христианстве магические формы, но не видят его мистериальной сути.
    5. Культ императора

    Перейдём к императорскому культу. Это, действительно, то новое, что появилось в Риме и что потом, в значительной степени, перешло в Средневековье, сохраняясь до сегодняшнего дня среди активных поклонников монархии, утверждающих особую божественность венценосных людей.
    В Риме этот культ появился естественно. Это совсем не заимствованно из Египта или с древнего Востока, как, скажем, думает Франтишек Дворник, написавший прекрасную книгу, посвященную восточным основаниям христианского (византийского) отношения к монархии (Dvornik F. Early Christian and Byzantine Political Philosophy: Origins and Background: 2 Vols. Washington: Dumbarton Oaks Center for Byzantine Studies, 1966).
    Обожествление императоров было частным случаем обожествления обычных людей. Каждый человек мог объявить своего близкого, даже живого, а уж, тем более, умершего божественным. Обычно такие люди ассоциировались и при жизни, и после смерти с каким-либо героем или божеством, так Юлий Цезарь - с Венерой. То есть это божество жило в человеке, он был энтеос, обожженным, бог пребывал в нём. Декларация обоженности была следствием особого уважения и почитания того или иного человека его родственниками или друзьями.
    Император Август в образе Юпитера Капитолийского. 45—50 гг. (Голова современная).
    Неаполь, Национальный археологический музей. Инв. № 6040

    Обожествление частных лиц сокращало разрыв между человеком и богом и открывало возможность для императорского культа (Henning Wrede. Consecratio in fomam deorum. Mainz, 1981). Кстати говоря, это открывало возможность и для раннего христианского богословия. Так же, как вдохновлён, наполнен тем или иным божеством был тот или иной уважаемый человек для своих близких, так же и каждый христианин был энтеос во Христе, и Христос пребывал в нём. И когда апостол Павел говорил: «Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас?» [2 Кор. 13:5], он говорил своим единоверцам вещи понятные не только в отношении Христа, но и понятные любому человеку греко-римского мира в отношении вообще божественных лиц или героев.
    Для императоров очень важным прецедентом было обожествление Ромула. Ромул, первый царь Рима, основатель Рима, был взят на небо, он был божественен, и поэтому новые правители Рима, новые владыки, императоры также могли претендовать на божественность.
    От императоров никто не ждал чудес. Даже в минуты опасности, даже на поле брани никто не предполагал, что император как бог будет творить чудеса.
    Были императоры, которые, по преданию, творили чудеса. Например, Веспасиан совершал чудеса в Александрии вскоре после того, как он был провозглашён императором, но это его частная особенность. Адриан же не творил чудес, но его утонувший в Ниле возлюбленный Антиной, юноша, почти мальчик, был объектом молитв. Императору не надо было искусственно создавать его культ. Народ создал этот культ сам, почему-то поверив, что Антиной после смерти помогает во многих делах. Есть специальное исследование Дёрнера, в котором очень подробно это рассматривается (F.K.Dörner, Denkschriften der Weiner Akademie, 75. Vienna, 1952, p. 40, no. 78).
    Апофеоз, провозглашённый Сенатом, был единственной формой обожествления. Обожествлялись не только мужчины, но и женщины царского рода. Первой обожествленной женщиной царского рода была сестра императора Калигулы Друзилла (38 г. по Р.Х.).
    Статуя Ливии Друзиллы из Пестума. 14-19 гг.
    Мадрид. Национальный археологический музей

    Скульптурная группа императорской пары в образе Марса и Венеры.
    Первоначально – Адриан и Сабина, позднее голова женщины была заменена на портрет Луциллы, супруги императора Луция Вера. 120—140 гг. (переработана в 170—175 гг.).
    Лувр. MR 316 / Ma 1009

    В период Республики на Востоке было распространено обожествление живых людей, если видели в них какие-то особые качества. Цицерон пишет Аттику, что когда он был наместником Киликии, ему пришлось запрещать молитвы себе (Письма. 5.21.7). То есть он запрещал, чтобы люди молились перед его изображением. Для него, рационального римлянина, это было дико. На Востоке же это было принято.
    Вспомним рассказ о том, как Павлу и Варнаве в одном из городков Малой Азии хотели принести жертвы как Зевсу и Гермесу (Деян. 14). Вот это тот самый случай. Конечно, все видели, что это два обычных человека. Но жителям Листры, глее апостолы исцелили хромого, они казались энтеос. Конечно, апостол Павел положил конец этому обожествлению и не позволил принести им жертвы, так же, как и Цицерон, но такая склонность на Востоке была. Поэтому обожествление императоров было не абсолютно необычной вещью, оно было в общем русле того ощущения, что в человеке есть божественное естество, и оно может проявляться в достойном человеке, а в плохом человеке оно не проявляется. Поэтому не все императоры обожествлялись.
    При Августе культ римских провинциальных чиновников полностью вытесняется культом императора, а сами императоры были вынуждены часто его ограничивать, так же как и Цицерон, стараясь оставаться людьми для людей, первыми среди равных. Отсюда и обычный титул императора принцепс (princeps – первый).
    Но чем дальше от Рима находилась провинция, тем пышнее был императорский культ. В самом Риме он был не так развит, как в отдалённых провинциях. Статуи императора, храмы, священство, игры в честь императора должны были сделать близкими далёкого императора и ценить мир (в смысле отсутствия войны), в котором жили подданные. Не забудем, что Римская империя была освобождена от пиратов, которые очень досаждали и торговцам, и жителям побережий, была защищена от различных набегов, нашествий варваров. Римский мир (Pax Romana) жил спокойно, это - спокойный мир, мир, в котором нет войны. Это чудо, и это чудо связано с божественностью императора. Но императорский культ не всюду приветствовался.
    Статуя императора с головой Траяна. Мрамор. Нач. II в. (статуя), 108—117 гг. (голова).
    Лувр. MA 1150 (MR 360)

    Сенека смеётся над культом императора Клавдия, который был обожествлён. А Тацит именует обожествление императора низкопоклонством перед греческой традицией обожествления людей. Этот совершенно не римский обычай выдумали греки, а римляне переняли его.
    Историк Дион Кассий пишет, что знаменитый Гай Цильний Меценат (из этрусского рода Цильниев) всячески убеждал Августа отказаться от обожествления. Кстати, от его имени и пошло нарицательное слово «меценат». А этруски, как вы помните, особо религиозно вдохновенные люди. И вот именно Гай Цильний Меценат всячески убеждал Августа отказаться от обожествления и говорил, что это нелепо, что это не подходит для римской традиции. Как известно, евреи и христиане тоже не принимали культ божественных императоров, и многие акты мученичества свидетельствуют, что в исполнении этого культа было и грубое принуждение.
    Портерет Гая Цильния Мецената. Иллюстрация к книге J.B.L. Crevier.
    The History of the Roman Emperors (London, 1755-1761). Британский музей. 1901,1022.1542

    Есть свидетельства, что в некоторых местностях императорский культ превращался в мистериальную религию с тайным посвящением. Священники этой мистериальной религии выставляли для поклонения изображения императора. Соединение с императором, видимо, давало силу, особое могущество, особое положение и открывало пути для благоприятной карьеры. Любое величие вызывало восхищение.
    В своем позднем рассказе «Возвращаясь в Рим» Бунин метко подметил, как умирающий император - видимо, Марк Аврелий - записывает перед смертью свои последние мысли и, в частности, говорит о том, что в человеке великом или только облечённом величием люди чтут средоточие тех великих сил, которые в какой-то степени ощущают ощущают в самом себе. И действительно, обожествление императора исходило из того, что он был средоточием великих сил для многих людей, он казался сверхчеловеком, как мы бы сейчас сказали.
    И, что греха таить, ХХ век вновь дал нам вождизм, когда люди действительно и рационально считали вождя вот таким особым человеком. Целое учение было разработано Карлом Шмиттом о сверхчеловеческой природе фюрера (К.Шмитт. Политическая теология.М.:2000). В Советском Союзе, по-моему, такого учения не было, но по факту к Сталину относились так же, именуя его величайшим учителем всех времен и народов.
    Однако в самом Городе Риме Август предложил очень умеренные формы собственного культа. Фактически это было продолжением римской традиции домашней религиозности. Вы помните, что в каждом доме почитается гений этого дома, этого рода, гений семьи, то есть дух-хранитель семьи, аналог сократовского Демона. Так вот Август в Риме покровительствовал объединению почитателей его гения (genius) вместе со старинным культом ларов на пересечении дорог (lares compitales). Гений здесь – это дух-покровитель, который хранит Августа и его род. То есть следует почитать не Августа как человека из плоти и крови, а его гения.
    Лары - это хранители места, хранители места дома, хранители всего домашнего быта. Если гений перемещается вместе с человеком, то лары - это божества места. И понятно, что lares compitales - лары на пересечении дорог, почитались несколькими общинами, а при Августе они почитаются как лары Рима, хранители Рима. Отсюда и вырастает культ Рима.
    Алтарь ларов Августа. Сцена жертвоприношения. Мрамор. 12—2 гг. до Р.Х.
    Рим, Ватиканские музеи, Григорианский светский музей. Инв. № 1115

    Не Августа как человека велит почитать Август, а свой божественный дух; не Рим как город велит почитать Август, а те божества, которые хранят город. Исполнение этих культов, главным образом, было в руках вольноотпущенников Августа - людей, которые стояли низко на социальной лестнице. Они могли быть очень богатыми людьми, но всё равно они были презренны, это были не сенаторы, не патриции и даже не плебеи, это были вчерашние рабы. Именно они совершали культ гения Августа и ларов Рима, и этот культ распространился по всей Италии, по всем западным провинциям и повышал престиж вольноотпущенников, которые его осуществляли.
    День рождения Августа был объявлен общественным праздником во всей Империи, точно так же, как день рождения любого отца семейства в своей семье. В последние годы жизни Августа Тиберий, следующий император, но тогда просто усыновлённый им, его приёмный сын, посвятил алтарь божеству Августа (numen Augusti). Божество Августа - это не Август, это тот же самый гений, то божество, которое действует в Августе. В Августе действует божество, и это божество нам неизвестно, это нуминозная сила. Может быть, это Аполлон, а, может быть, и нет, римлян это не смущало. Для них самое главное – факт присутствия некоей божественной силы в человеке.
    Римский алтарь, посвященный божеству Августа. I в.
    Тарагона. Национальный археологический музей

    Помните, я рассказывал, что неважно, кому принадлежал голос, который предупредил Город о нашествии галлов. Важно, что этот голос прозвучал, и, следовательно, этому голосу, от кого бы он ни исходил, надо приносить жертвы, чтобы он и дальше предупреждал римлян. Так же и тут. Алтарь божества Августа, кем бы оно ни было, надо почитать.
    Гений Августа был включён в клятву. Теперь чиновники и воины клялись Юпитером Великим (Jupiter Optimus Maximus), пенатами и гением Августа. И четыре жреческих коллегии Рима, о которых я рассказывал, должны были приносить на алтаре божеству Августа ежегодные жертвы.
    На Западе первое решение поставить алтарь Риму и Августу было принято в городе Лионе в 12 году до Р.Х. советом трёх провинций Галлии. Подобный алтарь был воздвигнут и в Кёльне, тогда это была колония Oppidum Ubiorum. Позднее в нескольких западных провинциях, особенно после 14 года по Р.Х., когда Август был обожествлён Сенатом, стали воздвигаться такие храмы.
    Храм, посвященный Октавиану Августу и его супруге Ливии. Конец I в. до Р.Х. Вьен (Франция)
    Храм божеству Августа - Divus Augustus, был возведён в Тарраконе (совр. Таррагона) в Испании, на средиземноморском побережье, в 15 году. Об этом пишет Тацит в «Анналах» (1.78). Это был храм со священниками не только из города-колонии, но и со всей провинции.
    На Востоке для римских граждан обычно воздвигались храмы Риму и божественному Юлию (Divus Julius), а для греков с 29 г. до Р.Х. стали воздвигаться храмы Риму и божественному Августу. Как и на Западе, инициатива воздвижения этих храмов исходила от провинциальных ассамблей. Факт поклонения Августу археологически засвидетельствован в 34 различных городах Малой Азии. Там найдены погребальные плиты, а также храмовые надписи, где упоминались жрецы Августа или гения Августа.
    Руины храма Ромы и Августа на Афинском Акрополе. Посвятительная надпись гласит: «От людей богине Роме и Цезарю Августу»
    Поклонение императору отличалось от города к городу, и здесь не было никакой унификации. В Египте общественный культ императора вообще отсутствует, но в Александрии, как колонии, он был.
    Любой поэт мог по-своему представлять культ императора. Гораций, например, соединяет Августа с Меркурием. В своей II Оде из Первой книги он пишет:
    «Ты ль, крылатый сын благодатной Майи,
    Нас спасешь? Приняв человека образ,
    Ты согласье дал ведь носить здесь имя
    "Цезаря мститель".
    В небо ты поздней возвратись, желанный;
    Дольше будь меж нас: хоть злодейства наши
    Гнев твой будят, ты не спеши умчаться,
    Ветром стремимый,
    Ввысь. И тешься здесь получать триумфы,
    Зваться здесь отцом, гражданином первым.
    Будь нам вождь, не дай без отмщенья грабить
    Конным парфянам».
    (Hor. Odes 1.2. 41-52, перевод Н. С. Гинцбурга).
    В этих трёх строфах мы видим, чего ожидает от божественности императора такой замечательный поэт, как Гораций. Август должен быть благосклонен к Риму, он первый гражданин, он отец, он вождь и он защитник от безнаказанных грабежей.
    После Августа императоры предпочитали, чтобы им справляли отдельный культ без культа Рима индивидуально или вместе с другими обожествлёнными императорами прошлого. В Малой Азии последний император, о котором известно, что у него был храм и священство, это Каракалла (211-217). К концу III века императорский культ выдохся и исчез.
    Портрет императора Каракаллы. Ок. 212—217 гг.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека. Инв. № 2028

    В IV веке Константин - тот самый, который открыл возможности для христианства и отменил гонения на христиан, и даже на смертном одре крестился, повелел построить храм роду Флавиев (его собственному) в Италии в Хиспеллуме (ныне – Спелло в Умбрии). Но храм этот, как он подчеркнул, не должен оскверняться никакими ложными суевериями. Совершенно ясно, что речь идет о храме гения Флавиев. А ложные представления - это представления о том, что сами императоры - это боги. Ничего подобного не должно быть.
    Нам не совсем ясно, как ритуал императорского двора соотносился с обожествлённой личностью императора. Гай Светоний Транквилл пишет в «Жизни двенадцати цезарей», что Домициан велел именовать себя dominus et deus, то есть «государь и бог» (Suetonius, Domitian 13.2). Но это всех возмущало, так как среди римской элиты император считался первым среди равных (primus inter pares). Это был важнейший принцип. Сам император - не бог, сам император лишь носит в себе божество, и может его потерять, если будет совершать неправильные поступки, которые божество совершать не может. Домициан так и не был обожествлен.
    Это, кстати, ответ Ивану Грозному, который любил повторять, что сердце царёво в руке Божьей. По римским представлениям, если правитель совершает дурные поступки, то бог от него отворачивается, и его сердце находится совершенно в других руках. Поэтому именование себя богом, как это делал Домициан, нормально для Востока, но невозможно для Рима.
    Были только отождествления. Например, Септимий Север и его супруга Юлия Домна отождествлялись с Юпитером и Юноной. То есть считалось, что Юпитер и Юнона пребывали в них, но не то, что они сами - Юпитер и Юнона. После того, как императорский культ совсем угас в конце III века, осталось лишь представление, перешедшее в христианство, что император - избранник Бога, и он правит милостью Божьей. Но, опять же, это до тех пор, пока он правит в соответствии с божественными нравственными принципами, а главный божественный принцип очень прост - ты правишь для других, а не для себя, ты отдаёшь себя другим, ты жертвуешь собою для других. Если же правитель заставляет других жертвовать себе ради своего услаждения, блага, богатства, славы, чего угодно, то он перестает быть избранником Божьим. Об этом очень много написал император Марк Аврелий в своих «Размышлениях».
    Римская золотая монета с изображением Юлии Домны на аверсе. На реверсе – богиня, держащая в правой руке сосуд для ритуальных возлияний, а в левой – скипетр. Дата чеканки: 198—209 гг. Британский музей. BMCRE 42
    Статуя Септимия Севера. Ок. 193—200 гг. Британский музей. 1802,0710.2
    Постепенно из-за того, что возникает магическое поклонение личности императора, императоры, как люди достаточно культурные или, по крайней мере, окружённые культурными людьми, избегают именовать себя, как это делали Септимий Север и Юлия Домна, Юпитером и Юноной, потому что простолюдины принимают это за чистую монету. И известные гонители христиан Диоклетиан и Максимиан именовали себя уже не Юпитером и Геркулесом, а Jovius и Herculius, то есть «Юпитеров» и «Гераклов», подчеркивая, тем самым, что они принадлежат Юпитеру и Геркулесу, но сами ими не являются.
    6. Квазивосточные культы в Риме: Культ Кибелы

    Как частные культы в Римской империи распространяются восточные культы. Дело в том, что были, разумеется, религии друидов, религии североафриканских народов, но эти религии были традиционными для этих народов, это были коллективные религии народов. Особенность же Римской империи состояла в том, что некоторые так называемые восточные религии распространились в ней как индивидуальные религии, как религии личного выбора, и христианство - одна из таких религий. Таких религий было несколько. Сейчас мы уже не говорим о них как о «восточных религиях».
    Раньше учёные любили этот термин, предложенный Францем Кюмоном в ряде интересных исследований римской религии. [Franz Cumont, Astrology and Religion among the Greeks and Romans. New York, 1912; After Life in Roman Paganism. New Haven, 1922; Les religions orientales dans le paganisme romain, 4th ed. Paris, 1929; Recherches sur le symbolisme funéraire des Romains. Paris, 1942; Lux Perpetua. Paris, 1949].
    Но сейчас мы предпочитаем говорить о псевдовосточных религиях, то есть о религиях, которые имели восточный облик, но при этом не были восточными традиционными культами, а были культами, лишь воспринявшими некоторые элементы восточных традиций, но отвечавшими на религиозный запрос индивидуального человека в огромном римском мире, где была гражданская религия, в которой индивидуальный человек всё меньше и меньше находил для себя успокоение и надежду на вечность. Именно этим объясняется появление частных религиозных традиций.
    Римская версия этих культов сильно отличалась от их восточных прототипов. Сейчас это общее место. Кюмон когда-то довольно просто говорил, и это до сих пор пишут в школьных учебниках, что проникновение восточных религий открыло дорогу христианству. На самом деле все не так однозначно. Это были новые религии с элементами, иногда очень важными, восточных традиций, а иногда - с утратой важнейших элементов своих восточных прототипов.
    И христианство, которое пришло в мир за пределами Иудеи, было тоже особым христианством. Это была не одна из версий позднего иудаизма, а это была именно такая новая религия для всего мира, которую строит апостол Павел и другие апостолы и проповедники, и которая оказалась той самой победоносной религией, вытеснившей, в конечном счёте, все основные псевдовосточные традиции и вставшей на их место.
    Высшие сословия римского общества, в первую очередь, сенаторы, долго сопротивлялись этим восточным религиям. Для них гражданская религия Рима была единственно возможной религией, хотя тот же Цицерон был посвящён в Элевсинские мистерии, что, в некотором роде, тоже было отходом от гражданской религии Рима.
    Многие учёные считают, что эти восточные религии были религиями простолюдинов, неудачников, религиями ненастоящих римлян. Можно в этом усомниться. Все новые и новые археологические находки говорят не только о том, что среди христиан были представители высших сословий, но и о том, что приверженцами других восточных традиций были люди всякого звания, как знатные, так и незнатные.
    Первым восточным божеством, принятым в Риме в 204 году до Р.Х., была Кибела. В ее честь были учреждены Мегалесийские игры. Её культ долго воспринимался в Риме как странный и чуждый. Она, как вы помните, в качестве Mater Magna была перенесена в Рим правительственным декретом и имела храм в помериуме под покровительством высшей римской аристократии. Но её служители пели по-гречески, жили с доходов храма, что совсем было не принято в Риме, и в императорское время считались фанатиками, чуждыми норм морали. Служители Кибелы – галлы, оскопляли себя, выражая преданность богине.
    Бюст Кибелы. Бронза с инкрустацией серебром. Галльско-римская работа I в. н. э. (?).
    Париж, Национальная библиотека, Кабинет медалей. Инв. № Bronze. 611

    Алтарь Великой Матери. Правление Клавдия (41—54 гг.).
    Рим, Капитолийские музеи, Электростанция Монтемартини

    Вы помните несколько рассказов об этом - в частности, рассказ «О сирийской богине», который в лекциях по религии Ханаана мы изучали. В глазах культурных римлян культ Кибелы – это терпимый нонсенс. Вот что пишет о культе Кибелы Тит Лукреций Кар (99-54 до Р.Х.):
    «Бубны тугие гудят в их руках и пустые кимвалы,
    Хриплые звуки рогов оглашают окрестности грозно,
    Ритмом фригийским сердца возбуждает долблёная флейта:
    Свита предносит ножи – необузданной ярости знаки,

    (те самые ножи, которые используются при кастрации и которыми адепты культа режут тело до крови)
    Дабы сердца и умы толпы нечестивой повергнуть
    В ужас священный и страх перед мощною волей богини,
    Лишь колесница её в городах появилась обширных,
    И одаряет она, безмолвная, благами смертных,
    Путь перед ней серебром устилает и медной монетой
    Щедрой рукою народ, и сыплются розы обильно,
    Снежным покровом цветов осеняя богиню и свиту,
    Вооружённый отряд, которому греки Куретов
    Имя фригийских дают, играя оружием острым,
    Тут же пускается в пляс, опьянённый пролитою кровью,
    Страшно при этом тряся косматыми гребнями шлемов;...
    Как ни прекрасны и стройны чудесные эти преданья,
    Правдоподобия в них, однако же, нет никакого.
    Ибо все боги должны по природе своей непременно
    Жизнью бессмертной всегда наслаждаться в полнейшем покое
    Чуждые наших забот и от них далеко отстранившись.
    Ведь безо всяких скорбей, далеки от опасностей всяких,
    Всем обладают они и ни в чем не нуждаются нашем;
    Благодеяния им ни к чему, да и гнев неизвестен
    ». («О природе вещей», II. 600-643).
    Говоря об этих экстатических празднованиях Кибелы, Тит Лукреций Кар подчеркивает, что это всё не нужно богам - не нужны ни ваши самоувечья, ни экстатические танцы. Бог - это покой, это отсутствие скорбей, отсутствие гнева. Вот характерная реакция римского гражданина, да к тому же эпикурейца, на восточные культы.
    Только при императоре Клавдии римским гражданам было разрешено исполнять некоторые жреческие функции в храмах Кибелы. Поэт Гай Валерий Катулл, проживший короткую жизнь (87-54 до Р.Х.) и посещавший своё имение в городе Сирмий на озере Гарда в альпийской Галлии, посвятил большое (шестьдесят третье) стихотворение Аттису. Аттис - это возлюбленный Кибелы, поклонник Кибелы, в страсти оскопивший себя на отрогах Иды и потом оплакивающий, как пишет Катулл, своё превращение из Аттиса в Аттис - мужской пол в имени он меняет на женский. Опять тот же самый посыл. Это большое стихотворение, я его целиком читать не буду, вы можете прочесть его в хорошем переводе в «Литературных памятниках» (Гай Валерий Катулл Веронский. Книга стихотворений. (Литературные памятники). М.: Наука, 1986). Но важно то, что в начале Катулл указывает, что Аттис
    «во власти темной страсти здравый разум свой потеряв,
    Сам свои мужские грузы напрочь острым срезал кремнем» (4-5).
    Вотивный рельеф, посвященный Кибеле и Аттису. Малоазийская работа II в. до Р.Х.
    Венеция, Национальный археологический музей. Инв. № 118

    Фрагмент надгробного памятника с изображением Аттиса. Середина I в.
    Павия, Городские музеи. Инв. № A 626

    Такой поступок считается среди поклонников Кибелы великой доблестью, но в результате он описывает, как юноша оплакивает своё глупое действие, и в конце пишет:
    «О Кибела, о богиня, ты, кого на Диндиме чтут!
    (Диндим - это гора в Малой Азии)
    Пусть мой дом обходят дальше раденья твои, -
    Возбуждай других к безумству, подстрекай на буйство других!» (91-94).
    Этим заканчивается стихотворение.
    То есть восточным культам культурные римляне не симпатизировали. Однако от этого данные культы не становятся менее популярными. В народе их всё больше и больше поддерживали. Почему - мы не знаем. Археологи, раскопав храм Mater Magna на Палатине в Риме, обнаружили большое хранилище статуэток Аттиса II-I веков до Р.Х.
    Празднование 15 марта было посвящено возрождению Аттиса. Во время него происходило принесение в жертву быка. Заклание быка поклонники Аттиса совершали для процветания Империи, императора и самих жертвователей. Такое заклание должно было совершаться каждые 20 лет.
    Христианский поэт Пруденций пишет, что поклонники Аттиса верили, что омовение в крови жертвенного быка даёт бессмертие. Мы немного знаем об этом культе. Но мы знаем его наиболее поразительную деталь, что жрецы, оскопившие себя, были и в римских храмах, но они были не из римлян, а из пришлых, в основном из сирийцев. Мы знаем, что Гелиогабал весьма почитал оргиастические культы, знаем, на что рассчитывали поклонники этого культа Аттиса и Кибелы в Риме, и знаем, что это был не тот культ Великой Матери, который совершался в Сирии. Это был некий другой культ, очень своеобразный, связанный с сирийским лишь именами божеств и какими-то отдельными фрагментами священнодействий.
    7. Квазивосточные культы в Риме: Культ Исиды

    Культ Исиды был наиболее распространен и наиболее долго сохранялся в Империи. В V-VI веках, когда уже по всей Империи распространилось христианство, да и Западная Империя уже распалась на варварские королевства, ещё сообщалось о культе Исиды как колдовском культе. Но из того, что мы знаем про Рим, мы видим, что это был не тот культ Исиды, который был в Древнем Египте и который был связан с воскресением мёртвых, с рождением младенца Гора от мёртвого Осириса. Это был другой культ, в котором было много элементов магического.
    Храм Исиды найден в Помпеях. Значит, уже в середине I века по Р.Х., Исида как божество высоко почиталась в Италии, и мы знаем, что она и в I веке до Р.Х. уже почиталась в Риме. Но древнейшее неегипетское восхваление Исиды в Римском государстве происходит из фракийской Маронеи и говорит, что Исида обеспечивает почитание детьми родителей (Supplementum Epigraphicum Graecum 26, no. 821). Конечно, через множество отсылок можно себе представить, что это почитание Гором Осириса, ведь Гор в Египте – это Спаситель своего отца. Но ничего этого, конечно, уже не помнят обитатели Маронеи. Здесь важно то, что к Исиде надо прибегать, когда дети в известном возрасте начинают пренебрегать своими родителями, выходят из подчинения им.
    Руины храма Исиды в Помпеях. Сохранившееся здание стоит на месте оригинального сооружения, построенного во времена правления Августа
    Текст из Кимы (западная Турция) говорит о том, что Исида побуждает мужей любить своих жён (H. Engelmann, ed., Inschriften von Kyme 41, 1.97). Понятно, что это восходит к египетскому представлению об Исиде как возлюбленной сестре и образцовой жене Осириса, не побоявшейся Сета, восстановившей убитого Осириса и родившей от него, но этого конечно же не знают в западной Турции. Но о том, что Исида побуждает мужей любить своих жён, там знают, это вечная проблема, и именно за это почитают Исиду в Кимах.
    В греческом гимне из Оксиринха (Oxyrhynchus Papyri 11.1380) говорится, что Исида уравнивает силы жён с силами мужей, то есть женщина перестаёт быть подчинённым и слабым существом в семье. Видите, это тогда тоже очень ценилось, и за это Исида почитается, и за это ей молятся. Можно предположить, что египетские священники рассказывали посвященным иноземцам об истинной тайне осирического предания, но в римском мире эта древняя тайна разбилась вдребезги, став магическими надеждами, почему Исида и была крайне популярна по всей Империи.
    Ни одно божество в Греции и Риме не было так популярно в императорское время, как Исида. Подружки Тибулла и Проперция, двух замечательных поэтов времени Августа, с жаром поклонялись Исиде. И в «Метаморфозах» Апулея мистериальный культ Исиды считается высшей ценностью. Апулей, всячески отрицавший свою причастность магическим практикам, явно показывает в «Метаморфозах», что он посвящен в мистерии Исиды. Но, опять же, читая Апулея, вы абсолютно ничего не вспомните о древнеегипетской традиции. Это другая Исида. Это Исида, которая, наравне с Кибелой, Великой Матерью, даёт вечную блаженную жизнь. И, как объясняет Апулей, для знающих Исида – единая великая богиня: «Единую владычицу, чтит меня под многообразными видами, различными обрядами, под разными именами вся вселенная. Там фригийцы, первенцы человечества, зовут меня Пессинутской матерью богов, тут исконные обитатели Аттики – Минервой Кикропической, здесь кипряне, морем омываемые, - Пафийской Венерой, критские стрелки – Дианой Диктиннской, трехъязычные сицилийцы – Стигийской Прозерпиной, элевсинцы – Церерой, древней богиней, одни – Юноной, другие – Беллоной, те – Гекатой, эти – Рамнузией, а эфиопы, которых озаряют первые лучи солнца, арии и богатые древней ученостью египтяне почитают меня так, как должно, называя настоящим моим именем – царственной Исидой» [Апулей. Метаморфозы, 11:5].
    8. Квазивосточные культы в Риме: Митраизм

    Если Исида больше почиталась женами, чем мужами, хотя и мужами она почиталась, то культ другого божественного лица - Митры, был преимущественно мужским. Современные учёные даже придумали специальный термин - митраизм, подчёркивая различия между культом Митры в зороастризме и культом Митры в Риме. Митраизм – это именно римский культ Митры. У нас очень мало надёжных данных об этом культе, хотя и очень много иконографии.
    В конце I века после Рождества Христова культ Митры стал распространяться в Империи, особенно в Дунайском регионе и в Италии, преимущественно в Остии и Риме. Остия - это аванпорт Рима.
    Это был развитый мистериальный культ, имевший уровни посвящения и иерархию священства. Он настолько был тайным, что мы о нём мало что знаем, можем только гадать, но у нас сохранились изображения, и вообще раскопано довольно много подземных храмов Митры.
    Митреум в Санта-Мария-Капуа-Ветере (Италия). II в. по Р.Х.
    Подземные святилища встречаются чаще, чем наземные храмы, и они изображали пещеру, которая якобы была в Персии, где Митра принёс в жертву быка. Раскопанные святилища говорят о том, что священнодействия совершались во мраке под покровом тайны, с использованием световых эффектов, так же, кстати говоря, как и в святилищах Исиды. Одно из раскопанных святилищ Исиды в Болонье представляло собой подземный храм с водоёмами, где совершались какие-то мистериальные действия.
    Непонятно, чего ждали от этого культа посвящённые. Кажется, это были солдатские доблести, включая необходимое в походах сексуальное воздержание. Уровень посвящения, а их было несколько, соответствовал тем небесным уровням, которых достигнет душа после смерти. Но если об этих Митреумах, то есть святилищах Митры, мы знаем немного, хотя раскопано их много, то текстов практически вообще нет, только несколько фрагментов надписей.
    Классическое изображение римского Митры дошло до нас в десятках близких вариантов. Это юноша во фригийском колпаке, который, оседлав быка и одной рукой задрав ему голову, другой рукой разрезает ему шею жертвенным ножом. Это более-менее понятный, хотя, конечно, и очень жестокий жертвенный акт. Но всё дальнейшее вовсе непонятно. Обязательно присутствие собаки, которая слизывает текущую кровь. Что это - охотничья собака Митры или какой-то символ? Мы не знаем.
    Рельеф с изображением жертвоприношения быка из Митреума близ Большого Цирка (лат. Circus Maximus) в Риме. III-IV вв.
    Фреска с изображением жертвоприношения быка из Митреума в Дура-Европос (Сирия). II в. Художественная галерея Йельского университета
    Обязательно изображается змея, которая лезет снизу и пытается, по всей видимости, ужалить этого быка. И опять мы не знаем, что имеется в виду. И, наконец, скорпион, который впивается в тестикулы этого несчастного быка. Скорпион – это повсюду заведомо образ зла. Тестикулы - это семенные яички, то есть образ жизни, и они поражаются злом. Бык, умирая, извергает семя, и это тоже изображается. Посвященным эти символы были понятны.
    Изображение скорпиона на шумерской цилиндрической печати эпохи Джемдет Наср (3100—2900 гг. до Р.Х.). Нью-Йорк. Библиотека Моргана. Morgan Seal 112
    На родине Митры, в индоиранском регионе, ничего подобного никогда не изображалось, но в Риме это присутствует практически на всех изображениях. Нередко по обе стороны этой главной композиции стоят фигуры меньшей величины в сходных с Митрой одеяниях, тоже во фригийских колпаках. Порой из-за свода пещеры, а все это, как правило, происходит в пещере, восходит солнце в виде человека, голова которого излучает сияние.
    Археологические свидетельства говорят о трех основных чертах культа Митры в Римском мире. Культовое прозвание Митры - (Deus) Sol Invictus Mithras, то есть «Митра – Божественное непобедимое Солнце». Убийство Митрой быка понималось в космологическом и антропологическом аспектах: это и воссоздание космоса, и, каким-то образом, спасение человека.
    Сам Митреум, святилище Митры – это, одновременно, и естественная пещера, и человеческая постройка. Это и храмовая святыня, храмовый алтарь (целла), и пространство для вкушения жертвенных яств, то есть, если угодно, зала, где верные вкушают жертвоприношение. Это и место встреч верных, и икона, образ всего космоса.
    Первое дошедшее до нас свидетельство культа Митры относится ко времени Антонинов. Самое раннее изображение посвятительного ритуала содержится на знаменитом кратере из Майнца 140-160 гг. после Р.Х. На одной стороне кратера изображено восседающее лицо высшего посвящения, которое наименовано Pater (Отец). Он нацеливает свой лук в согбенного обнаженного посвящаемого – явная отсылка к преданию о Митре, который выстрелом стрелы открыл поток вод из скалы, да и сам Митра вышел из скалы. На другой стороне кратера изображена процессия лиц трёх степеней посвящения: Miles (воин), Pater и Heliodromus (посланец Солнца), За ними следует маленькая четвертая фигура с поднятым посохом. Возможно, это Corax (Ворон). Эта священная процессия входит в Митреум, как солнце. Этой теме посвящены исследования Роджера Бека (см.: R.L. Beck. Myth, Ritual, Doctrine, and Initiation in the Mysteries of Mithras: New Evidence from a Cult-Vessel // Journal of Roman Studies 90 (2000), pp. 145–180), но, повторяю, мы очень плохо представляем суть этих изображений и надписей.
    Изображение сцены посвящения на кратере из Митреума в Майнце. Сторона A. (R.L. Beck. Ritual, Myth, Doctrine, and Initiation in the Mysteries of Mithras: New Evidence from a Cult Vessel // The Journal of Roman Studies, 2000, Vol. 90 (2000). Pl. XIII)
    Изображение сцены посвящения на кратере из Митреума в Майнце. Сторона B. (R.L. Beck. Ritual, Myth, Doctrine, and Initiation in the Mysteries of Mithras: New Evidence from a Cult Vessel // The Journal of Roman Studies, 2000, Vol. 90 (2000). Pl. XIV)
    Митра - это могучий герой, послушный воле богов. Некоторые учёные называют его персидским Гераклом. Вот несколько надписей, которые фрагментарно, но всё же сохраняются.
    Надпись из Митреума Санта Приска в Риме (на его месте потом была построена церковь) гласит: Atque perlata humeris tuli[t] m[a]xima divum - «И он был носим на его плечах по повелению божьему до самого конца» (Maarten J.Vermaseren and C.C.Van Essen. The Excavations in the Mithraeum of the Church of S. Prisca in Rome. Leiden, 1965. 204–205, line 9). Видимо, речь идет о похороненном человеке, сделавшем эту вотивную надпись. Другая надпись из того же Митреума: Et nos servasti . . . sanguine fuso - «И ты спас нас … пролив эту кровь». Большой фрагмент надписи потерян. (Vermaseren and Van Essen, 1965: 217–221, line 14).
    Церковь Санта Приска. Джузеппе Вази. 1748
    Изображение Митры, убивающего быка, в Митреуме Санта Приска. Рим, Авентинский холм
    Есть и другие надписи и изображения, которые говорят о страхе и трепете перед происходящим во время посвящения. Мы знаем, что заклание быка богом Митрой - это важнейший момент, и мисты воспроизводили это заклание и вкушали совместно мясо этого быка как жертвенную пищу.
    Апулей именует жреца, посвятившего героя «Метаморфоз» Луция в таинства Исиды, почтительно именует Митрой. Христианский же апологет Тертуллиан считает Митраизм дьявольской пародией на христианство, а неоплатоник Порфирий видит в таинствах Митры большую глубину (Porphyry, De antro. 15).
    Митреум конца II - начала III века был обнаружен в доме военного трибуна ранга сенатора (tribuni laticlavii) в постоянном военном лагере 2-го Легиона Adiutrix в Аквинкуме в Нижней Паннонии (ныне – Будапешт), что подтверждает связь этого культа с военным сословием и с военной элитой.
    Сохранилась «Литургия Митры» в Большом Парижском Магическом кодексе, но этот текст требует отдельного, очень серьёзного анализа (Hans-Dieter Betz, The "Mithras-Liturgy": Text, Translation, and Commentary. Tübingen, Germany, 2003).
    Наряду с почитанием Митры в митраизме было распространено почитание Аримана как бога преисподней. Это аналог греческого Гадеса и римского Плутона. Как вы помните, Ариман (Ангра-Майнью) в зороастризме - это злой дух (Albert De Jong, Тraditions of the Magi: Zoroastrianism in Greek and Latin Literature. Religions in the Graeco-Roman World 133. Leiden, 1997).
    Культы Митры перестали совершаться в конце IV века. Большое количество монет, пожертвованных верующими и хранившихся в Митреуме Pons Sarravi в Бельгийской Галлии, относятся к периоду от императора Галлиена (253—268) до императора Феодосия I (379—395). Они были найдены рассыпанными по полу. Видимо, когда Митреум был разрушен христианами, христиане, посчитали эти деньги их нечистыми и не стали их собирать. Эти монеты позволяют надёжно датировать прекращение культа, и действительно во всех Митреумах священнодействия заканчиваются в конце IV века.
    9. Квазивосточные культы в Риме: Культы Сабазия и Юпитера Долихенского

    И, наконец, надо сказать еще о двух, хотя и не столь значительных, как митраизм, но весьма популярных культах.
    Во-первых, это культ Сабазия, связанный с Фракией, а изначально с Фригией, и появившийся в VI веке до Р.Х. в Афинах. Я о нём подробно рассказывал в лекциях по греческой религии. Культ Сабазия продолжает существовать в Риме и становится особенно популярным во II веке после Р.Х. Из так называемого документа Винцентия из катакомб Пратекстаты видно, что суть этого культа - пир и суд после смерти. То есть это некая гарантия благой посмертной участи(Hermann Dessau, Inscriptiones Latinae Selectae 3961; see Goodenough, 1953, p. 45). Уже в III веке культ Сабазия деградирует и исчезает. Вытеснен ли он христианством или же исчезает по иным причинам, мы не знаем.
    Бронзовая «рука Сабазия». Вотивный предмет, использовавшийся в римском культе Сабазия.
    I-II вв. Британский музей, 1824,0441.1
    Второй культ - Юпитера Долихенского - Jupiter Optimus Maximus Dolichenus - Юпитера Наилучшего, Величайшего из Долихен (Северная Сирия). Хотя его именуют Юпитером, это, безусловно, один из сирийских Баалов. В I веке после Р.Х. этот культ распространяется вне Сирии. Его храм, датируемый 125 годом, находится на территории современного государства Алжир.
    Сохранилось несколько сотен монументов, связанных с этим культом. Во время династии Северов культ Юпитера Долихенского был приравнен к культу Юпитера Капитолийского. Не забудем, что часть династии Северов происходила из Финикии. Особенно развит этот культ был в Риме и в Рейнско-Дунайском военном пограничье. Он наименее таинственный среди всех восточных культов и исчезает первым в III веке. Христиане игнорировали этот культ, не боролись с ним так, как боролись с культами Митры и Исиды.
    Юпитер Долихенский изображался как воин во фригийской шапке с двойным топором и молнией, стоящий на быке. Нередко его сопровождают Юнона и близнецы Кастор и Поллукс. Он был популярен среди солдат, но не имел профессионального клира. Его адепты называли друг друга братьями. После конца династии Северов и воцарения Максимина Фракийца (235 г. по Р.Х.) культ Юпитера Долихенского приходит в забвение, и есть свидетельства того, что храмы его насильственно разрушались.
    Изображение Юпитера Долихенского на одной из сторон посвященного ему алтаря из Виндоланды – древнеримского укрепленного военного лагеря на севере Англии.
    На другой стороне – посвятительная надпись. III в.

    То есть, по-видимому, этот культ был по преимуществу воинским. Начало ему было положено в Сирии, потом легионы перемещались, солдаты когорты переходили из легиона в легион, и знание о том, что есть такой небесный покровитель братьев-воинов - Юпитер Долихенский, который помогает побеждать и быть сплоченными людям, поклоняющимся ему, распространилась по Империи. Этот культ не стал вполне государственным, хотя при Северах была предпринята попытка придать ему это качество.
    Примечательно, что в Крыму, в Балаклаве, во время раскопок 1994-1998 гг. был найден храм Юпитера Долихенского эпохи Антонина Пия и Марка Аврелия. Надпись фрагмента, найденного археологами, звучит так: «Юпитеру Лучшему Величайшему Долихену. Вексилляция Нижней Мезии, которая дислоцируется …, под командованием Антония Валента, военного трибуна I Италийского легиона, храм (от основания) восстановила с помощью Новия Ульпиана, центуриона того же легиона».
    Строительная надпись из святилища Юпитера Долихенского II-III вв., раскопанного в Балаклаве
    И в Балаклаве это - воинский культ, и разрушившийся храм восстанавливается снова солдатами и офицерами. Примечательно, что кроме главного алтаря Юпитера Долихенского в Балаклавском храме были алтари Немесиде Хранительнице и Митре. (В. М. Зубарь, О. Я. Савеля. Новые эпиграфические памятники из римского храма в окрестностях Херсонеса Таврического // Вестник древней истории, 1999, № 2).
    Такова эта удивительная сфера древнеримской религии - императорский культ, объединяющий Империю, и квазивосточные культы, помогающие жить людям в дружбе с Небом и между собой. Такая двойственность характерна для Империи.